— У меня теперь такое ощущение, что за нами кто-то наблюдает, — Кейт неосознанно прижалась к плечу сестры и обернулась, поглядывая на мощное старое дерево, что располагалось позади них у тротуара. Темнота делала его ветви устрашающими, будто длинные корявые пальцы тянулись к ним в надежде схватить и потащить за собой. Джин лишь усмехнулась, молча идя вперёд. Их путь занял не так много времени, однако был окроплён самыми настоящими внутренними страхами. Кейт не покидала навязчивая мысль о том, что этой ночью должно что-то случиться.
Когда они, наконец, переступили порог особняка, тут же с головой погрузились в атмосферу мрачного хаоса: кромешная темнота, которую разбавляет лишь тусклый приглушённый свет диодов; все углы и мебель покрыты плотным слоем паутины, в которой властвовали гигантские пауки, поджидающие свою добычу; кое-где на полу были лужи бутафорной крови и разбросаны части якобы людских тел, а на столах много еды, замаскированной под разлагающиеся трупы, из которых сочилась кровь, и выползали кишки. Всё это могло показаться чересчур мерзким для впечатлительных подростков, но только не для тех, кто был заядлым ценителем этого празднества.
Девушки быстро включились в атмосферу мрака и тайны и уже спустя каких-то полчаса всецело отдавались веселью. За окном была густая ночь, почти такая же темнота, что и внутри особняка. Веселье только начиналось, и все отдавались ему, словно в последний раз.
— Пей, пей, пей! — голосила толпа, когда кто-то опустошал до дна целую дорожку рюмочек с пуншем. Джин восхищённо подхватила всеобщие возгласы, присоединившись к ним, а потом направилась к пареньку, чтобы тоже принять участие в подобном флешмобе.
— Нет, — только и сказала протестующе Кейт, удерживая сестру за локоть, отчего Джин недовольно повела плечом, лихо избавляясь от хватки и намереваясь-таки отойти, но Кейт вновь удержала её. — Я сказала нет, ты и так уже нетрезва, — она указала на её чересчур весёлый от воздействия на организм алкоголя вид, и грозно нахмурила брови. Джин это взбесило, и она резко выхватила руку, направляясь на второй этаж, прокричав по пути.
— Пойду и напьюсь до смерти! — шум от музыки заглушил первую половину её слов, и до Кейт донеслось только «до смерти».
«Непослушная девчонка», — сказала сама себе Кейт, но вслед за ней не пошла, решив дать ей возможность погулять ещё немного, а потом отыскать и отвести домой. Сама виновата, что пропустит всё веселье, нужно было вести себя как следует и хоть немного слушаться сестру. Ветер завыл с неистовой силой, и его порыв забарабанил в окна, создавая и без того пугающую атмосферу.
Время шло, а Джин так и не спустилась обратно. Кейт это очень разозлило, ведь ей снова приходилось следить за сестрой вместо того, чтобы наслаждаться вечеринкой и компанией друзей. В следующий раз она никуда не возьмёт её с собой, твёрдо решила Кейт и направилась было к лестнице, чтобы подняться и отыскать сестру, как вдруг звонкий, пронзающий до глубины души крик, оглушил её, прорываясь сквозь звуки музыки. Народ не сразу понял всю серьёзность ситуации, продолжая весело смеяться и танцевать, совсем не обращая внимания на посторонние звуки, принимая их за сопроводительное к празднеству звучание. Однако, на лестнице показалась перепуганная девушка, которая, споткнувшись на одной из ступеней, чуть не упала, вовремя ухватившись за перила.
— Там… — заплетающимся языком начала она, сбежав в страхе по лестнице вниз, цепляясь рукой за плечо какого-то парня в толпе.
— Что там? — спросил паренёк, но девушка только указала рукой на второй этаж. Тревога, словно зараза, растеклась по жилам Кейт, и она направилась туда, куда тут же ринулась толпа людей: кто-то с азартом воспринял выходку напрочь перепуганной девицы, кто-то всерьёз забеспокоился. Пока Кейт поднималась, в её ушах звенело настолько громко, что звук этот оглушал, заставляя панику распространяться по телу ещё стремительнее, чем было сейчас. Она быстро превозмогла лестничный пролёт, но, когда уже была наверху, кто-то оттолкнул её, обгоняя, и она оказалась чуть ли не позади всех, затерянная в потоке людей и вынужденная плестись за ними. Вдруг послышался новый крик, и её сердце замерло, предполагая худшее.