Я открыла глаза, но ничего не увидела. Тогда я поправила маску и села.
Королева и Мери Шелтон вопросительно взирали на меня сверху вниз.
— Ваше Величество, я просто обязана была это сделать, — сказала я. — В марципане были осколки стекла. Нельзя было допустить, чтобы Сара взяла это в рот…
— Что!? — воскликнула королева.
Я протянула ей кусочек угощения, который дала мне Элли, и который я машинально сжимала в руке, пока металась по залу, а потом падала в обморок. Когда я разжала пальцы, на них была кровь.
Королева осторожно взяла бурый комок и поднесла его к глазам.
— Господи Боже! Откуда это? — спросила она.
— Случайно отвалилось от марципанового медведя, когда я и Элли…
— Неважно, — наклонившись ко мне быстро и тихо произнесла королева. — Достаточно, что ты это обнаружила. И хотя твое фиглярство не произвело на меня впечатления, я согласна — это был единственный выход. Грейс, ты просто обязана выяснить, чьи это козни. Причем срочно, к утру. Завтра швед обязательно поинтересуется: может ли он продолжить свое сватовство или нет. Что ж, скоро он услышит мой ответ. А сейчас я провожу тебя наверх, потом вернусь в зал и сообщу остальным, что с тобой случился внезапный приступ мигрени, и на торте тебе померещился паук. А пока все будут думать, что ты отдыхаешь, ты обязана, наконец, определить источник всех этих кошмаров.
Было жаль пропустить оставшуюся часть маскарада, но я почувствовала облегчение, узнав, что королева поручает мне довести расследование до конца.
— Мне остаться с ней? — спросила Мери Шелтон. Слов королевы она не слышала.
— Нет, дитя мое, — ласково ответила Ее Величество. — Сейчас мы вернемся в зал. Я скажу миссис Чемперноун, что бедняжку Грейс не стоит беспокоить до окончания маскарада. — Королева снова повернулась ко мне: — Не трать времени, Грейс!
Я кивнула. Мери Шелтон помогла мне подняться, а потом они обе проводили меня по винтовой лестнице в комнату фрейлин.
Как только королева и Мери удалились, я на цыпочках спустилась вниз и отправилась на поиски Элли.
Найдя ее во дворе замка, я передала подруге слова королевы.
К несчастью, никто из нас не представлял себе с чего начать. Несколько минут мы просидели в тишине, размышляя.
И тут мне пришло в голову, что есть человек, который может знать, кто подложил стекло в торт! Джон. Он был в Банкетном павильоне и даже застал там нас с Элли. Быть может, Джон видел, кто еще входил в него?
— Элли, — сказала я, — ты не могла бы привести сюда Джона Халла?
Она кивнула и поспешила в зал.
Элли не было ужасно долго. А я ждала, ждала и все думала, кто мог совершить эти ужасные злодеяния.
Элли вернулась одна.
— Нет его там, — объяснила она. — Я везде искала.
«Наверное, он плохо себя почувствовал и отправился лагерь», — решила я.
Все это время, пока их комнаты в замке занимали придворные дамы, королевские фрейлины и члены Тайного Совета, в том числе Секретарь Сесил, люди графа Лестера жили в палаточном лагере на берегу озера.
Мы с Элли поспешили туда.
Вокруг не было ни души, лишь у костра крепко спал, свернувшись клубочком, маленький паж, которого, скорее всего, оставили в лагере присматривать за хозяйством и оберегать вещи от воров.
— Мне нужен Джон Халл. Где его можно найти? — требовательный тоном заявила я, разбудив мальчика.
Он молча указал пальцем на крайнюю палатку.
Приблизившись к обиталищу Джона, мы с Элли раздвинули полог и осторожно заглянули внутрь. Сияла полная луна, и в палатке было очень светло. Джона в ней не было. Повсюду в беспорядке были разбросаны вещи, и неприятно пахло несвежим бельем и грязными чулками.
Уже собравшись уходить, краем глаза я заметила торчавшую из-под соломенного тюфяка ливрею. В лунном свете легко можно было различить цвета сэра Уильяма Сесила.
С бьющимся сердцем, я лихорадочно стала искать причину, по которой слуге графа Лестера понадобилась ливрея слуги сэра Уильяма Сесила. Если, конечно, он не собирался от его имени отнести отравленный эль мастеру фейерверков!
В полном смятении я вытащила из-под тюфяка и ливрею, и безрукавку к ней. Мы с Элли переглянулись: это была не случайность!
В ливрею был завернут какой-то тяжелый предмет. Развернув его, я ахнула — топор!
Я вспомнила, как в лабиринте Джон был со мной мил и любезен, а потом, за несколько минут до того как от статуи отвалился хвост, вдруг исчез. И как неожиданно появился у Банкетного павильона. Возможно, он пробрался туда до нас с Элли и начинил осколками марципановую фигуру…