Понятно. Фея, чтобы ее. Эти кровожадные создания водились на другом континенте. Вопреки мнению смертных, особенной красотой они не страдали, зато умели принимать соблазнительный облик, чтобы заполучить жертву в свои сети.
Но этот старик, очевидно, был полукровкой. Старик дрогнул под его непреклонным взглядом.
— Я просто хотел вас попробовать… — сник он. «Попробовать»? Интерес-сная формулировка! — Вы же королевский шайн, да? Я бы вас не съел! Мне приснилась богиня и велела скрыть беглянку. Я, что ли, думал, что она свалится мне буквально в подвал?
Богиня… Ариан, кажется, знал, кому говорить спасибо, и на этот раз готов был это сделать. Шайн скрестил на груди руки. Старик правильно истолковал пристальный взгляд.
— Так я бы немножко вас… ну того… попробовал. Ее-то нельзя! Богиня запретила! Так что мне велено отдать ее королевскому шайну, а уж две у него руки или… — Старик втянул голову, когда шайн зарычал. — Если что, мне проблем с богами не надо! Так им и передайте!
Проблем ему не надо! Ариан вдохнул сквозь зубы, сражаясь с желанием сократить поголовье фей-полукровок на одну особь… но были дела важнее. Сперва надо позаботиться о безопасности Мирры. Ей нельзя долго находиться без защитных барьеров.
Но и здесь ей не место. Как и в Академии — слишком много магов, а ее аура, хоть и поблекшая, способна привлечь стервятников. Он знал лишь одно безопасное укрытие, где она смогла бы находиться под наблюдением.
Он бросил шарик накопителя, позволяя порталу расцвести, и подхватил девушку на руки.
— …Но я тут подумал… — Стоило ему сделать шаг, как старичок вырос, будто из-под земли. Он зыркнул влево-вправо и трагически прошептал. — Я же за ней приглядывал, да?
Он протянул руку и пошевелил пальцами. Приглядывал?! В этом сыром подземелье, полном сквозняков, в легком платье, босоногая и раненая, девушка провела несколько недель, а этот тип не удосужился принести ей даже кусок ткани, чтобы защитить от сырости.
Не говоря о том, что за покушение на наследника грозит смертная казнь.
Ариан сорвал с пояса кошель и швырнул наземь, опасаясь отпустить девушку. Золотые монеты со звоном покатились по полу. У старика загорелись глаза… облизнувшись, он упал на колени, разглядывая золото так, словно впервые видел.
— За тобой будут следить. Попытаешься кого-то убить, попадешь в тюрьму. И о девушке никому ни слова, ясно? — сухо велел Ариан, а дождавшись невнятного согласного бурчания, шагнул в портал.
А потом в еще один… И еще. Пока не запутал дорогу на случай шпионов. Наконец, он оказался под сводами родового особняка Де Шаев и бережно опустил девушку на кровать.
Здесь ей будет лучше. Он сел рядом и убрал с ее лица волосы, любуясь. Она была прекрасна и юна. Свежа, как летний ветер… Он мог смотреть на нее вечно и все же хотел увидеть, как она откроет глаза. Хотел коснуться ее, поймать взгляд… Взять ее руки в свои, оставить на губах поцелуй…
— Аленшта Мирра, — провел он ладонью над ее лбом, но дыхание осталось размеренным и спокойным.
Не стоило ожидать, что она вернется в тело так просто, и все же его обеспокоило ее состояние. Одна из нитей ее жизни натянулась и оборвалась с печальным звоном, и Ариан, поднявшись, окружил девушку барьерными полями, а вокруг кровати активировал защитные руны.
Плохо дело. Она не продержится дольше двух-трех недель, а переход в ослабленное тело может быть для ее души смертелен. Его способы не подойдут, они ее просто убьют.
— Ширк, — на изголовье опустилась большая темная птица, шелестя крыльями. Рваный туман струился за ней разорванной вуалью, гигантские крылья закрыли свет из окна. Ариан прищурился, отвечая на вопрос.
— Она станет твоей хозяйкой. Следи за ней внимательно, головой отвечаешь.
Строго говоря, у банши не было головы. Птица, вестник смерти, по своей сути была больше призраком, чем материальным существом. Фамильяр Де Шаев являлся плотью и кровью особняка, именно его стараниями этот дом превратился в крепость. Чтобы войти внутрь без разрешения, пришлось бы убить Рорха, а это невозможно.
— Ширх, — согласился фамильяр, наклонив голову.
________
________
С каждой книгой Ариан приходил в отчаяние. Все они предлагали ужасные способы. При таком уровне обрыва связи тела с душой положение считалось безнадежным, и все пути указывали, что исправить это уже невозможно.