— А ты опасная девушка, — почти восхищенно протянул он. — Опоила? Ариана Де Шая? — Прозвучало так, словно это невозможно, и я нахмурилась. — Не зная ничего о приворотах и не понимая, насколько маги смерти восприимчивы к подобным попыткам манипуляции?
Я промолчала. Гретка откровенно потешался, разглядывая меня темными глазами, в которых сквозили насмешливые искры.
— Кто тебе помогал?
— Это… — Я попробовала произнести имя Фила, и задохнулась, обнаружив, что не получается! Словно рот ирисками заклеили! — Он… Это был…
— Кто-то из рода де Тиан. Так понимаю, Фил, — сам дополнил Гретка и пояснил. — Ты не сможешь выдать имена заговорщиков посторонним, как не сможешь противостоять влиянию рода. Привыкай, это реалии шайнов. И? Чего ты от меня хочешь?
— Мне нужно снять приворот, — повинилась я.
— Что так? Внимание Де Шая тебе не льстит?
Он правда издевается! Я возмущенно взглянула на Гретку, а профессор, подняв бровь, вздохнул.
— Так разбей его сердце, — резко произнес он. Я вскинула голову.
— Что?
— Разбей его сердце, заставь себя ненавидеть, — прищурился профессор. — Так снимается приворот.
_______________
Ничего себе заявки! Разбить сердце… От слов Гретки похолодело на душе. Ариан не заслужил подобного! Я покусала губы, сжав кулаки и в волнении сминая юбку, на что Гретка вздернул бровь.
— Что такое? Любовь идет об руку с ненавистью. Ты должна обратить одно в другое. — Гретка сжал перо и отклонился на спинку стула. — Подойди, — приказал он. Поставив сумку, я прислушалась, и Норан немедленно схватил меня за руку.
Мне проткнули палец так быстро и внезапно, что возмутилась только, когда моя кровь капнула в бокал. Профессор тут же потерял ко мне интерес, взяв несколько бутылочек, и профессионально смешал их разноцветное содержимое в бокале. Кровь зашипела, окрашиваясь в красный, будто обрисовав пронзенное сердце. Я тихо села рядом.
— На твое счастье, Кларисса невинна. Приворот обратим. — Правда? А откуда те пятна крови на сорочке? Может, Гретка ошибся… Хорошенько смешав все, профессор протянул получившееся зелье мне, и я, заправив за ухо волосы, сомкнула пальцы на предложенном. — Это зелье отворота. Разобьешь ему сердце, и напоишь им, оковы падут. Пять капель. В его напиток. После того, как предашь доверие.
— Как… Как мне предать его доверие? — рискнула я поднять глаза.
— Отдай свою девственность другому. Измени ему. Поцелуй его врага, чтобы увидел и насладился зрелищем. Уничтожь его доверие к себе, Адептка Адептковна, это все, что тебе требуется.
Он разжал хватку, и я, завладев зельем, посмотрела на флакон почти с ненавистью. Зелье бурлило внутри, завивалось воронкой… Легко ему говорить! Отворот или приворот, неужели это весь мой выбор?
Я не хотела, чтобы Ариан находился под приворотом. Это опасно для него — и для меня.
Но отворот! Он тогда меня возненавидит? Или возненавидит Клариссу? Одно и то же в данный момент! От мысли, что Ариан будет смотреть на меня, как на грязь под ногами, горько сжималось сердце. Оба варианта ужасны!
— А есть ли… есть ли другие способы снять приворот? — сглотнув, прошептала я.
— Нет. Не желаешь таких мер, оставь все, как есть. Пройди помолвку, — жестко отрезал Гретка.
Он подался ко мне и, дернув за свободную руку, раскрыл мои сжатые пальцы. На ладонь скользнул красивый перстень, сияющий в центре черным камнем. Золотой ободок лег тяжестью, перстень казался невозможно холодным, как змея.
— Оно мужское. Ариан должен надеть его перед помолвкой, — глухо произнес Гретка. В комнате мерно стучали часы.
— Что это? — нахмурилась я.
— Артефакт, который, возможно, не позволит помолвке состояться и стать действительной. Но ты должна понимать, Де Шай останется под приворотом, только ты при этом останешься свободна. — Я вздрогнула, а профессор сузил глаза. — Решай. Позволить привороту действовать, или сделать отворот. Боюсь, если ты права и приворот в действии, теперь у тебя нет иного выбора.
Мои пальцы сжались на кольце. Гретка поставил меня перед невыносимым выбором. Это кольцо… убережет от помолвки меня, но не избавит Ариана от приворота. Норан накрыл мою ладонь руками, сжав ободряющим жестом.
— Успокойся. Без подпитки и закрепления приворот рассеется сам собой через пару лет. — Приободрившись, я тут же сникла. Пару лет! Ариана убьют за это время! — Это решение за тобой.
Большой палец Гретки поглаживал мою руку в знак успокоения, и не было сил его остановить. Профессор говорил что-то еще, но у меня в глазах внезапно помутилось, будто мир раскололся надвое. Одна его часть осталась в реальности, а другая… будто подёрнулась туманом.