— Сейчас-сейчас! — Она запнулась, торопясь по поручению. Хлопнула дверь, Ариан остался наедине с девушкой, полыхающей жаром. Упав на колено, он стиснул ее руку и прижал к своему лбу.
— Только не вздумай умирать, — процедил он.
Давно его ничто не трогало. Смерти превратились в обыденность, люди стали безразличны. Он возвёл вокруг себя высокие станы, на подпуская глупые чувства — но сейчас его мир висел над пропастью, повинуясь чужому дыханию. Ариан закрыл глаза, обращаясь к дару. Теперь, понимая, с чем столкнулся, он мог разделить две души.
Санниа находилась рядом, никуда не ушла. Затаилась, заснула, только и всего, пленённая в собственном теле. Серая и заурядная, она охотно уступила место более сильной душе.
А его блуждающая душа металась внутри, пытаясь вырваться, словно напуганная птица в клетке. Он ощущал ее страх, отчаяние и боль, и ничего не мог поделать! Будто ее что-то держало в чужом теле, не давало расправить крылья и улететь…
Демонический яд отравлял ее. С каждым моментом она тускнела все больше. Ариан выдохнул и открыл глаза. Если так пойдет дальше, она погибнет первая, а следом Санниа, это неизбежно. Почти нет шансов, если не вернуть ей свободу.
На блуждающую душу крепилась черная метка, которая тянула все соки. В обычном состоянии, обладая подходящим даром, девушка поглощала темные силы, подпитываясь от них. Но яд блокировал ее дар, оставив и ее саму, и Саннию уязвимыми перед отравой метки.
Их надо разделить, блуждающая душа должна найти носителя, который не отведал яда… она должна покинуть Саннию, пока не поздно.
Но что-то мешало… Ариан скользнул пальцами по руке девушки, выискивая средоточие чуждой темной магии. Его ладонь остановилась над пушистым браслетом… под которым он обнаружил черный ободок металла, пульсирующий тьмой.
Знакомая вязь чар…
— Господин Де Шай, позвольте вас осмотреть! — женщина вернулась, ведя за собой нескольких целительниц, и Ариан резко поднялся.
— Где Норан Грет? — бросил он. Женщина замялась.
— Ну, у него там лекция, он сказал, что пока занят…
— Займитесь ей, отвечаете своей жизнью! — сухо оборвал он и, не слушая возражений, разбил накопитель портала.
Норан Грет не хочет явиться на зов? Значит, он навестит его лично.
Снять браслет быстрее всего с его кровью, и профессор предоставит ее в достаточном количестве, хочет того или нет.
Ариан де Шай
Гретка — особенный маг. Жёсткий и не всегда благородный. Такова его работа, таков его характер, но он перешел все границы.
Ариан знал, где его искать, даже маг такого уровня не мог отказаться от личного королевского приглашения отужинать в старом замке. Здесь было множество лиц, от фавориток короля до влиятельных магов. Шайн бегло осмотрел каждого, кто-то из этих людей тот, кто охотится за Санией. Сливки общества, почти каждый присутствующий являлся архимагистром или, как Гретка, был на пути к получению степени.
— Мой племянник, какая честь! — прищурился король, отсалютовав ему бокалом. Он был еще не стар, хотя год назад пережил столетие. Его фигура могла похвастаться подтянутостью, золото волос не поблекло, а в зеленых глазах светился ум.
Но время взяло свое. Он допускал ошибки в управлении, за его спиной шептались, что королю пора на покой. Хватало тех, кто жаждал прибрать к рукам трон, и в этом напрямую была замешана его блуждающая душа. Архимагистры не размениваются на мелочи, если в дело вмешиваются они — а архидемон это подтвердил — то без стремления добраться до трона не обошлось.
Ариан сжал кулаки и повернулся к Норану Грету.
— На минуту, профессор.
— В чем дело, Ариан? — недовольно откликнулся Гретка, не спеша подниматься. Ариан скрипнул зубами.
— Трудности с домашним заданием, — едко откликнулся он. — Браслеты, запирающие души, и незаконность их применения.
Норан Грет побледнел, артефакты такого уровня, как браслет, действительно относились к «кровавой магии», запрещенной, но, увы, часто используемой. Ариан не стал дожидаться, когда маг соизволит встать. Первым покинул зал, прекрасно зная, что Гретка последует за ним, а стоило тому выйти, развернулся и ударил его крупным перстнем на руке.
Он бил четко с расчетом, брызнувшая из пореза на щеке кровь осела и на фамильном украшении. Осталось только промокнуть кольцо носовым платком. Этого маловато, но времени на уговоры не осталось, как и на хитроумные планы.