Я глубоко вдохнула. Это демон — ему нравится чужие боль и отчаяние. Соберись, Мирра. Получилось раз, получится и второй. Я подняла руку и попыталась повторить тот фокус, который вышел тогда, с фальшивым Лионом. Я глубоко дышала, морщилась и щурилась. Пыталась сосредоточиться, обращалась к богам местным и не очень…
— Черт, как эта … магия работает? — А еще ругалась, не без этого.
Обидный смех демона стал мне наградой. Веселится он! Да, я была не в лучшей форме, необученная и бестолковая. Демон растянул провал рта в широком оскале и пустил еще крови, а Санниа побледнела. Она смотрела на меня в таком ужасе, что сердце сжалось от тянущего чувства безысходности и лютой злости на собственную беспомощность. На моих глазах убивали человека, а я ничего не могла сделать!
— Да чтоб тебя, сдохни! — И в тот момент, когда лапа демона замахнулась для смертельного удара, а Санниа крепко зажмурилась, я выставила вперед обе руки, будто выталкивая из себя накопившийся гнев.
И получилось! Вспышка, которая озарила коридор, ослепила, и даже демона заставила дрогнуть. В маленьком закутке раздался оглушительный гром, полыхнула молния — поначалу яркая, но вскоре она распространилась тьмой…
И тут я поняла… где-то что-то не рассчитала!
Это была последняя мысль, прежде чем образовавшийся сгусток чернильной грозы разлетался во все стороны. Демона с коротким «блям!» размазало по противоположной стене, освободившаяся Санниа рухнула на пол.
И все бы ничего, но магия плевать хотела, кто ее создал! Тьма врезалась в меня со смачным звуком. Меня отбросило к дальней стене, прямо на ряд симпатичных портретов — вскрикнув, попыталась хоть как-то защитить голову, но вот спину ожгло болью. Магия бушевала вокруг, взрываясь огненными всполохами…
Я крепко зажмурилась, опасаясь, что такой заряд магии расплющит меня по стеночке, но повезло. Мое тело словно поглотило магию, то еще чувство! Будто ток пропустили!
Я рухнула на пол в пыли и угрожающем треске. Хватило сил прикрыть голову руками, потому что картины такого натиска не выдержали, и парочка сорвались со стен — а портреты были массивными, каждый с меня ростом! Раскалываясь, рамы норовили меня добить!
— Ай, уй, ой! — простонала я, познакомившись с местными именитыми учениками буквально своей шкурой.
Хорошо, что картины не шкафы, могло быть хуже. Когда все зловеще притихло, я рискнула приподнять голову. С волос посыпалась мелкая крошка и самые мелкие куски рам. В коридоре стояли пылища и разруха…
Мда. Вот это я разозлилась.
Демону, что радует, тоже досталось. Пусть его и нельзя убить, но, сгорбившись и опустив голову, как побитая собака, он выбрался из-под завала и глубоко, злобно задышал. Внутри него раздался звук… рычание?
Его облик слетел, как прошлогодняя листва, теперь это снова была тень, и за ней тянулся след тьмы, будто эта тварь истекала кровью. Хотя что ей будет? Не из плоти ведь. Тень выпрямилась и расправила плечи. Может, лица у этой гадости и не было, но демон выглядел устрашающе! Испугавшись, я забарахталась, пытаясь подняться…
- Умреш-шь…. - порадовал демон мягким шипящим голосом с металлическими раскатами. А у меня пальцы в картине дородной женщины застряли… закон подлости!
— Шайнесса Гранр, — успела прочитать я, прежде чем демон скользнул ко мне.
В следующий момент демон оказался прямо передо мной. Сглотнув, попрощалась с жизнью. Он очень близко был! Уставился на меня с занесённой для удара рукой…
И вдруг демон отшатнулся, шипя не хуже выпрыгнувшего передо мной кота. Воинственно расставив лапы и обнажив клыки, тролльский кот издал такой звук, что уши в трубочку свернулись! Это было нечто среднее между скрипом вилки по тарелке и воплями банши…
Кот воинственно распушился, став похожим на толстенького ежика на коротеньких лапках; пушистая шерсть заострилась, обнаружив новое оружие в его арсенале. Кажется, даже демон жить захотел! Замотав головой, он отпрянул, и это мгновение спасло мне жизнь.
Сверкнуло лезвие клинка, перерезавшее тень пополам. — и та лопнула, бросив мне в лицо ошметки тьмы.
— Поднимайся! — жестко и отрывисто приказал оказавшийся позади демона Ариан. Он с такой силой схватил меня за руку, заставляя встать на ноги, что косточки заныли.