Он нагнулся, поддел его пинцетом из саквояжа. Обрывок этикетки. Бумага плотная, хорошая.
— Посвети сюда.
Иван Павлович присмотрелся. На бумаге угадывались несколько букв готического шрифта, частично смытые: «…erg… Labor… Frankfurt a. M…» И ниже — напечатанная цифра: «Stamm Nr. 19/…»
— «Labor…» — это видимо «лаборатория». «Frankfurt» — Германия значит, — вслух принялся рассуждать Иван Павлович.
— «Штамм № 19…». Тоже понято, без всяких переводчиков, — задумчиво добавил Валдис. — Это мы удачно зашли!
— Удачно, — кивнул хмурый Иван Павлович и спрятал клочок бумаги в карман. — Немецкая лаборатория. Номерованный штамм.
Валдис ничего не ответил, принялся осматривать вагон дальше.
— Иди сюда.
Доктор подошёл. Чекист посветил фонарём в угол, где пол был менее всего затоптан. Там, в пыли, отчётливо виднелся след. Не от сапога. Небольшой, чёткий отпечаток подошвы с мелким, геометрическим рисунком.
— Думаешь, они оставили? — спросил Иван Павлович, вглядываясь в след.
— Таких подошв в у нас армии или у крестьян нет. Это след городской, иностранной обуви.
— Один из «санитаров», — произнёс Иван Павлович. — Неосторожный. Или слишком уверенный в себе. — Он достал из кармана блокнот и карандаш и начал быстро зарисовывать отпечаток.
Потом, когда рисунок был готов, они продолжали осматривать вагон, ища другие улики. Валдис методично простучал стены, ища тайники, Иван Палыч склонился над ещё одним пятном, пытаясь определить его природу. Тишину внутри вагона нарушал только их приглушённое дыхание да скрип половиц под ногами.
И вдруг — шум.
Едва уловимый. Не скрип двери, не шаги. Словно тихое шипение, шелест одежды о деревянный косяк у входа. Звук был таким тихим, что на мгновение показалось — померещилось.
Но Валдис тут же обернулся. Иван Палыч, глядя на него, инстинктивно сделал то же самое.
Тишина. Гулкая, звенящая. А потом…
Хлопок!
Глухой, негромкий. И сразу за ним — второй!
Хлопок!
Стреляют!
Иван Палыч даже не успел осознать опасность. Он лишь увидел, как доски стены рядом с его головой треснули, осыпаясь острыми щепками. Что-то горячее и острое чиркнуло по плечу доктора, разрывая ткань шинели.
В тот же миг Валдис, не поднимаясь во весь рост, резко рванул спутника за воротник к грязному, пахнущему хлоркой полу.
— Вниз! У входа…
Договорить Валдис не успел — вновь принялись палить, на этот раз стреляя прицельно.
Глава 10
Тишина после залпа длилась считанные секунды, но в гулком пространстве вагона она показалась вечностью. Иван Палыч слышал лишь собственное сердцебиение в ушах и сдавленное дыхание Валдиса. По плечу медленно растекалось тепло — пуля лишь опалила кожу, сорвав клок шинели.
«Повезло», — пронеслось в голове с холодной, почти посторонней ясностью.
Повезло… уже в который раз. А будет ли везти и дальше так?
— Не двигаться! — зашипел Валдис, прижавшись к стене рядом с дверным проёмом. Его наган уже был в руке, ствол смотрел в направлении выстрелов. — А ну брось оружие, паскуда!
Никто не ответил. Вместо ответа грохнул очередной выстрел.
Валдис прижался к грубой обшивке у самого дверного проема. Его глаза, сузившиеся до щелочек, безошибочно вычислили направление выстрелов: справа от входа. Один стрелок — показал он жестами Ивану Павловичу. Стрелок не профессионал. Нервозный, торопливый — выстрелы частые, но без должной выдержки. Любитель. Или очень спешит.
Иван Палыч увидел, как чекист медленно, плавным движением снял с головы свою фуражку. Не сводя глаз с предполагаемой позиции стрелка, он накинул её на кончик валявшейся деревянной рейки. Потом, едва заметно качнув импровизированный шест, высунул фуражку за угол проема.
Раздался почти немедленный выстрел! Пуля ударила в косяк двери в сантиметре от ткани, осыпав их осколками краски и древесины. Но этот выстрел выдал стрелка полностью — теперь Валдис не только знал его позицию, но и видел в щель между досками смутный силуэт, отпрянувший после выстрела для перезарядки.
Этой секунды ему хватило.
Валдис рванулся с места не в сторону укрытия, а навстречу опасности — короткий, стремительный рывок к двери вагона. Рывок, больше похожий на прыжок зверя, спас от гибели — два следующих выстрела просвистели над головой, ударив в стену. Но противник все же опоздал.