Глава 18
Странный автомобильчик ехал за зеленым «Хорьхом» от храма Святой Софии, а, может, и еще раньше. Маленький, узкий, верткий, он напоминал налима или уклейку: непонятного цвета — то ли темно-синий, то ли темно-зеленый, малость побитый, двухместный. Сиденья были расположены друг за другом — тандемом. Вроде бы, в авто было двое… А, может, лишь только один водитель в больших шоферских очках и кожаной кепке. Не разглядеть: был уже поздний вечер, в Константинополе темнело быстро.
В Константинополь, город городов, оккупированную столицу распавшейся османской империи, советская делегация добралась лишь сегодня, пароходом из Крыма. Миссия была не то чтобы абсолютно тайной, но и не особо афишируемой, особенно в том, что касалось пути следования.
Поезд в Париж, знаменитый Восточный экспресс, отправлялся через день, рано утром, времени оставалось мало. Целью делегации был Версаль, конференция по послевоенному урегулированию… куда ни Советскую Россию, ни Германию не пригласили. А, значит, все будущее устройство мира будет таким, каким захочет Антанта, без чета интересов России и Германии. Что в будущем приведет к новой — куда более страшной — войне. Которую доктор Петров, как человек, знающий будущее, собрался не допустить вовсе! Точнее, для начала — сделать лишь первый шаг, прорвав международную блокаду.
Советская Россия сама напросилась на конференцию. С подачи доктора Совнарком сделал это хитро и изящно — презентация «подарка мировому сообществу» — пенициллина (и некоторых других разработок) как раз и должна была состояться на конференции. Тайные переговоры увенчались успехом: Клемансо, Ллойд-Джордж и Вудро Вильсон дали добро. Франция с Англией откровенно побаивались новой волны «испанки», что же касается президента Вильсона, то его уговорили несколько влиятельных американских миллионеров, недавно наладивших крепкие деловые связи с Советской Россией. Именно с их подачи Вильсон теперь считал Ленина крайне деловым человеком, с которым можно и нужно договариваться.
Делегацию возглавил Чичерин. Кроме Ивана Павловича, приглашенного в спешке, в самый последний момент, туда вошли еще пара сотрудниц наркомата иностранных дел и юная переводчица. Сестры Романовы: Ольга, Татьяна, Анастасия… Все трое ехали инкогнито, и были включены в состав делегации по настоянию Владимира Ильича. Имелась и охрана — начальник иностранного отела ВЧК Яков Блюмкин и трое его парней, молчаливых здоровяков с угрюмыми лицами.
Сразу же по прибытию, оставив сестер в Российском посольстве на Гран Рю, Чичерин и Иван Павлович взяли напрокат машину с водителем в красной феске и отправились во французскую военную миссию, возглавляемую генералом Франше д, Эспере.
Константинополь нынче разделили на части — за Старый город отвечали французы, за районы Пера и Галата — англичане, ну и итальянцы — за Ускюдар с Кадыкеем.
Генерал Эспере принял делегатов вполне любезно, и даже обещал всяческое содействие. Завтра нужно было нанести визит англичанам и итальянцам… а так же выполнить одно щекотливое дело, порученное лично Иван Павловичу председателем Совнаркома.
Проехав пристань Эминеню, «Хорьх» повернул на Галатский мост…
— Снова та машина! — нервно обернулся сидевший рядом с шофером Блюмкин. — Не нравится мне она!
Доктор посмотрел назад — в свете фонарей, установленных напротив Новой Мечети ловко лавировал меж грузовиками и гужевым повозками юркий черный автомобильчик. Тот самый?
— От вокзала за нами катит, как привязанный! — усмехнувшись, Блюмкин вытащи маузер и посетовал. — Эх! Надо было взять ребят… Все вы, Георгий Васильевич!
— Много народу — слишком заметно, — хмыкнул в усы Чичерин.
Рядом с ним, за заднем сиденье, сидел Иван Павлович — вот и все представительство на сегодня.
— Я его еще у Святой Софии заметил, — доктор снял шляпу, поставляя голову свежему босфорскому ветру. — Как в горку поднялись… кажется, темно-синий…
Блюмкин озадаченно скривился:
— А этот — темно-зеленый… вроде…
— Извините, что вмешиваюсь, господа, — повернув на мост, неожиданно промолвил шофер — грузный усатый турок. — Но таких машин в Константинополе много. Потому что дешевые, да. Это «пупхен» — «куколка». Немецкий «Вандерер».
— Много? — Блюмкин хлопну глазами.
— Да, говорю же — дешевый.
— Вы хорошо… по-русски, — прищурившись, заметил чекист.
Турок довольно рассмеялся: