– Угу. У нас в саду растут такие деревья.
– Стой у стены, я явлюсь за тобой, красотка! – Бик поморщился. – Ну, и духи у вас, мэм! – Он завел мотор и двинулся в глубь квартала.
– Как раз для твоего «кадиллака»… Но мне все же страшно…
– Тогда, может, бросим эту затею? Не дешевый розыгрыш, между прочим. Самуил Шольц оплатит приличный счет после того, как ты вернешься с победой. А пока я уже получил половину… Мне ведь еще предстоит подстраховать тебя и, возможно, вытаскивать из переделки. Но не будем ныть заранее – плохая примета… Если передумала – я поворачиваю обратно.
– Нет. Мне надо довести это дело до конца. Я не могу жить в неизвестности… Хотя и жить-то, вообще, не слишком хочу… Этот Морис был моим мужем. Мне необходимо убедиться, что я не ошибаюсь…
– Ха! Ошибаются все. Твой бывший муженек сильно промахнулся, получив завещание. Он-то метил на миллионную компанию, которую давным-давно заложил твой покойный батюшка.
– Откуда вам известно это? – гордо выпрямилась на своем сидении Сандра, забыв про унизительный костюм и тошнотворный запах.
В телефонном разговоре Шольц сообщил ей, что Морис не получил огромного наследства, на которое, очевидно, рассчитывал. Адвокат не вдавался в подробности, объяснив Сандре бедственное финансовое положение семейства Керри и то, как тщательно скрывал правду от любопытных. Бесцеремонность Бика не понравилась ей.
– Ты напрасно излагаешь мне сплетни. Шольц не мог рассказать ничего подобного.
– Избави Бог! У тебя преданный друг, детка. Мистер Шольц умеет хранить секреты. А вот писаки способны разнюхать все. Ну, и конечно, приврать с три короба… Возможно, твой папаша был удачливым бизнесменом, а красавчик Морис и в самом деле ангел… – Он затормозил у облезлого дома с черными от копоти окнами. – Во всяком случае, я искренне желаю тебе этого. Извольте выходить, мэм. И ни на что не обращайте внимания. Пристройтесь в углу, закройте глазки и делайте вид, что балдеете… Не дрожи, крошка! – Бик встряхнул Сандру за плечи. – Смелее! Там все такие. Бери пример с компании – и все будет о'кей!
По выщербленным, заляпанным блевотой и грязью ступеням они спустились в полутемный подвал. К горлу Сандры подкатила тошнота от жуткой вони смердящих нечистотами тел. Бик, быстро сориентировавшийся в темноте, подтолкнул Сандру вперед, и она почти упала, споткнувшись о чьи-то ноги.
– Сиди здесь и никуда не рыпайся, поняла? Попробуешь улизнуть – все зубы выбью, падла… – ласково сообщил на прощание Бик и скрылся.
Сандра закрыла глаза, стараясь не думать о том, что храпящая, бредящая, изрыгающая ругательства серая масса – живые люди, разлагающиеся заживо в зловонном подвале. Оставленный номер в жалкой гостинице показался ей царским чертогом. «Хоть бы только успеть завершить все до возвращения Берта! Хоть бы Клер не было дома, а Дастин… Дастин оказался жертвой жестокой и хитрой ведьмы», – молила она, плохо представляя, что будет делать после того, как разоблачит мерзавку.
– Мона? – раздался у щеки вкрадчивый голос. Сандра вздрогнула.
– Кто вы?
– Я друг. Давайте выйдем на улицу, и я накормлю вас хорошим ужином. Вы помните свою фамилию, мэм?
– Барроу. Весь Голливуд знает меня. Вы, верно, совсем ослепли, если не узнали звезду.
– Здесь темно, мэм. Прошу прощения. И рад сообщить, что друзья ждут вас. – Он цепко взял Мону под локоть. Она резко выдернула руку:
– Ступайте прочь! Я знаю – вас послал он! Этот мерзавец, растоптавший меня…
– Клянусь, ваш муж здесь ни при чем. Если вы, конечно, имели в виду…
– Имела в виду Берта Уэлси – вот кого! Всем это прекрасно известно!
Наклонившись к уху Сандры, мужчина прошептал:
– Вас хочет видеть Клер Ривз, мачеха вашего бывшего мужа. Вы меня поняли?
– Ривз? У нее есть связи в Голливуде… Мне предлагают хорошую роль, скоро начнутся съемки.
– Вот и отлично, мэм. Мисс Ривз непременно поможет вам.
Сандра неохотно поднялась и, следуя за своим «спасителем», вскоре оказалась в гостиной Клер.
Вначале ей показалось, что пол уходит из-под ее ног, в висках зазвенело, предупреждая о грозящем обмороке. Ей понадобилось все самообладание, чтобы не рухнуть на белый ковер гостиной. Сандра плохо соображала, о чем спрашивала ее Клер и совсем не думала над ответами. Но Клер попалась! Она признала в ней Мону.