– В общем-то вы должны знать, Мона, что мы с профессором Салливеном считаем свою работу удачной. Вы должны помнить, что перед нами стояла чрезвычайно сложная задача. Мы не совершенствовали, мы, по существу, строили заново. Собирали из кусочков чудесное творение, подвергшееся разрушению. – Преградив путь пациентки к зеркалу, Вальехо закончил свою длинную речь. Но она не проявляла нетерпения и, похоже, даже пыталась оттянуть это мгновение.
В полной тишине миссис Барроу сделала несколько шагов и застыла, приглядываясь к изображению. Затем кончиками пальцев пробежала по лицу, охнула и закрыла его ладонями.
– Что? Вас что-то напугало? – Профессор осторожно усадил женщину в кресло. – Не волнуйтесь, прошу вас. Время в данном случае работает на вашу красоту, и с каждым днем вы будете встречать в зеркале молодеющее и хорошеющее лицо.
– Нет, нет, спасибо… – Пациентка поднялась и горячо сжала руку Салливена. – Благодарю вас, профессор, и вас, доктор. Я очень, очень довольна. И непременно оплачу всю работу…
– Не стоит беспокоиться. Завтра прибудет ваш муж, и мы решим все финансовые проблемы с ним. Вы уже, конечно, знаете из газет, что за время своего пребывания в «Тессе» сказочно разбогатели. Ваш тесть скончался, оставив сыну все свое состояние. А оно принадлежит к числу самых крупных в Америке.
Женщина, казалось, не слышала слов профессора.
– Завтра?! Он будет здесь уже завтра? – Глаза пациентки округлились от страха. Профессор отметил, что цвет платья в данном случае пошел ей на пользу. Радужка приобрела оттенок синевы, свойственный перьям диких голубей.
– Мистер Уэлси прибудет после обеда. Постарайтесь выспаться и потренироваться в подборе необходимой косметики. Трудно представить радость человека, нашедшего потерянную жену через целых три месяца! – Профессор изобразил оживление, всплеснув руками. На самом деле он никогда не был женат и не мог вообразить ничего подобного.
Лухас, со своей стороны, готовил американца к предстоящей встрече, в то время как его автомобиль несся по пустынной лесной дороге.
– Местечко здесь тихое. «Тесса» – частная клиника для богатых клиентов, специализирующаяся на всех видах телесного совершенства… Во всяком случае они обещают совершенство своим пациентам, и мне кажется, никто еще не имел к профессору Салливену особых претензий.
– Странно, почему Мону подбросили именно сюда?
– Если вас заинтересует, мы можем провести расследование. Хотя зацепка только одна – прозвище какого-то нищего старика, который, очевидно, где-то нашел и пытался спасти вашу жену, исчезнувшую в Барселоне. Что произошло с ней за две недели между уходом из гостиницы в Барселоне и появлением у подъезда «Тессы», неизвестно. Очевидно, что-то весьма неприятное, поскольку память миссис Барроу отказывается восстановить этот отрезок времени.
– Хм… У моей жены давно были проблемы с психикой.
– Знаю, знаю, уважаемый мистер Уэлси. Я уже так много знаю про Мону Барроу, что мог бы написать ее биографию. А вами я просто восхищаюсь. Жаль, что бросили гонки.
– Всему когда-то приходит конец… И что-то всегда начинается. Я стал дельцом, богачом… Это, оказывается, не сладко. Не стремитесь разбогатеть, капитан, – прогадаете.
Берт нервничал. Он боялся сцен, которые в последнее время их супружества сопровождали чуть ли не все его встречи с женой. Боялся своей жалости к ней, смешанной с отвращением. «А вдруг это жуткое испытание послано нам для того, чтобы все переосмыслить и начать заново?» – думал он, и эта мысль тоже волновала, но по-другому, как та Мона, которая появилась на его пути в Монако.
Он плохо соображал, что ему говорили врачи, сосредоточившись на двери, в которой должна была появиться Мона.
Профессор Салливен подумал, что не зря полгода назад провел полную реконструкцию собственного кабинета. Его апартаменты, выдержанные в стиле английского салона времен Шерлока Холмса, стали основной сценой в разыгравшемся спектакле. Он заметил, как с утра шушукались в клинике, поджидая прибытия знаменитого гонщика. Желающих взглянуть краешком глаза на встречу супругов было столько, что профессор мог бы продавать билеты. Особенно любопытствовали его пациенты, умолявшие разрешить им «подсмотреть» душещипательную сцену за любые деньги.
Слухи о необычном событии просочились за пределы клиники, с утра у ворот дежурили репортеры. Профессор усилил охрану территории и ограничил зрительскую аудиторию Вальехо и Лухасом. Ему совершенно не нужны были лишние свидетели.