— Что ж, полагаю, именно сейчас должно было прозвучать стоп-слово, — задумчиво протянула Агнис, растирая сперму между пальцами.
Кот ничего не ответил, будто вмиг растратив последние силы. Чистой рукой потрепав его по волосам, она сняла с него ремень и стала осторожно развязывать веревки. Уже минут через десять едва не засыпающий парень смог полностью перебраться на кровать, лениво, почти автоматически, разминая запястья. Агнис стояла в стороне, беззастенчиво разглядывая его. Стоило пелене страсти спасть, как в голове вновь возродилась настойчивая мысль о том, что перед ней развалился не просто случайный парнишка в маске кота, а знакомый и в обычной жизни весьма неприятный человек. Лицо, голос, тело… это точно был он. Сначала Агнис хотела просто уйти, сделав вид, что ничего не заметила, но не удержалась от крохотного подкола.
Она улыбнулась, надевая белье и расправляя давно задравшееся платье, и негромко, но отчетливо произнесла:
— Интересное у тебя все-таки хобби, Орнел!
Парень тут же вскочил с места, будто никакой усталости и не было, и схватил Агнис за запястье. На пару мгновений неописуемый ужас и паника отразились на его лице, но не успела девушка даже моргнуть, как холодная равнодушная маска скрыла всю гамму испытываемых им эмоций. Последние различия между Котом и Орнелом исчезли, как дым сигарет.
— Откуда ты знаешь мое имя? Кто ты? — чеканя каждое слово, спросил он.
Однако маской девушку, уже видевшую его истинное лицо, нельзя было провести. Поморщившись, она вытащила руку из захвата и насмешливо бросила:
— Ты без труда узнал бы меня, если бы чаще выползал из своего кабинета!
— Сколько ты хочешь за молчание? — голос его заметно дрогнул, хотя он все еще весьма виртуозно для совершенно голого парня в сомнительном клубе изображал хладнокровие.
От его серьезности девушка едва не прыснула со смеху. Она уже открыла рот, чтобы ответить, что ей ничего не нужно и, вообще, «храни свои секреты», но Орнел, не дожидаясь ее, продолжил:
— Десять тысяч? Двадцать? Тридцать? Говори! — не без труда вернув металл в свой голос, перечислял он.
С каждым словом глаза Агнис под маской лисы округлялись все больше, а вместе с ними уменьшались всякие благородные порывы.
«Ай-ай-ай! Меркантильная ж ты сука, Агнис!»
Интересно, он не шутит? Реально собрался платить ей за молчание? Да чего этот золотой сыночек вообще может бояться? Даже если весь город узнает, как он развлекается, никто не посмеет что-то сказать или сделать. Максимум, обсудят за спиной, но это и так происходит сплошь и рядом!
Несколько невыносимо долгих секунд тишины, но представление и не думало кончаться. Орнел все также испытующе смотрел на нее. На лице его не дрогнул ни единый мускул, а вот сжатые в кулаки руки заметно тряслись. Злость? Или же страх? Выяснять не хотелось, так что нужно просто дать ему ответ.
— Сам решай, насколько высоко ты ценишь свою репутацию, — усмехнулась Агнис, отступая к двери. — Оставь деньги Змею на имя Лисы.
Сказав это, она выскользнула из комнаты и торопливо направилась прочь. Ситуация сильно отдавала сюрреализмом. Настолько, что девушка охотнее бы поверила, что это пьяное видение, а сама она уснула где-то в темном углу на диване. Вот только это не было ни сном, ни видением.
Когда она спустилась в общий зал, танцпол уже опустел. Ей казалось, что развлекались они не так уж и долго, но за это время большинство посетителей успели расползтись по номерам или ушли домой. Сейчас под медленную и довольно депрессивную музыку лишь несколько одиночек потягивали свои напитки. Змей подтянул высокий барный стул к стене и расслабленно копошился в телефоне, краем глаза наблюдая за оставшимися пьянчужками. Агнис, быстро пересекая зал, молча махнула ему рукой на прощание и скрылась за дверью.
С трудом переваривая случившееся, она с нервной улыбкой, будто приклеенной к лицу, ввалилась в крохотную раздевалку. Развратный костюмчик вместе с маской отправились в рюкзак, и на несколько минут девушка задумчиво застыла перед зеркалом, разглядывая отражение, словно видела его впервые. В этот момент в дверь постучали. Змей. Со словами: «Даже знать не хочу» он передал ей набитый купюрами конверт и исчез во мраке коридора.
Госпожа-ассистентка
Уже более получаса Агнис сидела на своем рабочем месте и, не шевелясь, смотрела в одну точку. Вино в этот раз решило пощадить ее, но вот четыре часа сна давали о себе знать: тело казалось тяжелым и неповоротливым, даже держать глаза открытыми требовало от девушки невероятных усилий.