После этого Альда стала часто запираться в своей комнате, практически перестала общаться со всеми, не подпускала приходящих лекарей. Роберт ходил встревоженный, боялся худшего. В эти тяжёлые дни приезд Юдарда стал светлым лучом, на время отогнавшим тьму безысходности.
- Когда это началось? – Спросил шаман, когда они закрылись в кабинете Роберта.
- Уже давно… но урывками. Мы списывали это на усталость. Или только я, - король мрачно постукивал пальцами по столу. – Я думал, а она знала. Верно?
- Скорее всего, - согласился Юдард. – Она знала, на что шла.
Роберт обхватил голову руками. Узнав от шамана, в чём корень проблемы, он не смог удержаться и начал клясть всех: себя, послушавшегося Альду и передавшего ей тьму Юдарда, саму жену – зачем же оказалась такой любящей, что принесла себя в жертву?
- Зачем, Юдард? Зачем ты послушал её?
- У каждого свой путь. У неё был выбор, решать было не мне.
- Но ты же её брат, Мишка подери! Что, никаких чувств по этому поводу?
Юдард внимательно взглянул на него. Повисло молчание.
- Мне интересно, - прозвучало в тишине. – Как поступишь ты.
- И что я могу? Забрать этого демона обратно?
Шаман откинулся на спинку стула.
- К такому простому способу готовы все, король. Вот только положение обязывает действовать по-другому.
- Но ты ведь можешь чем-то помочь?
- С этим никому не справиться – разве что Альде. Если она не сможет подавить зло в своём сердце, если она шагнёт за грань…
Сильный удар сотряс дверь.
- Роберт! – Раздался крик королевы. – Выходи немедленно! С каких это пор мне запрещают видеться с дочерьми?
Мужчина вскочил.
- Мишка, она опять пыталась это сделать!
Поймав вопросительный взгляд собеседника, Роберт рассказал, как жена чуть не усыпила младших. Опасаясь за старших, он запретил пускать королеву и к ним. Теперь встречи проходили под его присмотром. И каждый раз Альда будто ничего не помнила – постоянно возмущалась, что её свободу ограничили.
- Она ведёт себя с девочками так… будто эксперименты ставит.
Юдард тоже поднялся.
- Я останусь здесь, пока что-нибудь не изменится. Попробуем всё исправить. А если нет…
- Лечебница?
- Возможно, этот вариант подойдёт как нельзя лучше.
Не хотелось об этом думать, но факты были налицо. Альда сходила с ума.
А потом случился очередной скандал. Юдард просто схватил раскричавшуюся сестру за плечи и попытался успокоить, напомнив ей, с чего всё началось.
- Ты сказала, что всеми силами будешь сдерживать зло. Что не поддашься ему. Не лучше ли было оставить всё, как есть?
На лице королевы появилась лукавая ухмылка.
- Нет, Юдард. Мне незачем это сдерживать. Я впервые поняла, что на самом деле имеет ценность.
Она вырвалась и гордо ушла. Глядя ей вслед, шаман проговорил:
- Она уже не понимает. Клади её в лечебницу, Роберт.
Однако, когда приехали санитары, Альду не смогли найти. Искали весь день, потом и ночь. Король участвовал в поисках. Тревожные мысли вдруг зацепили старые воспоминания, и Роберт подумал, что поведение жены сильно походило на то, как он себя вёл, когда его собственное сердце было во власти тьмы.
И вот тогда он понял, где нужно искать Альду. Роберт бросился к окну и сквозь сумрак ночи оглядел башни. Чёрные пики нацелились в ясное звёздное небо, лишь тонкий зелёный лучик луны коснулся одной из вершин. Пробежав к себе в комнату, он распахнул двери.
Парапет был пуст. Значит, время ритуала могло не подойти – или же королева выбрала себе другое место. Над головой зловеще прогудел ветер. Не зная, правильно ли поступает, Роберт окликнул жену. Ответом был очередной порыв ветра.
И тут сквозь гул он услышал будто издалека мелодичную трель. Король заозирался – а потом вдруг сообразил, что звук идёт сзади!
Вот только обернуться уже не смог. Тело больше не подчинялось, и он сам будто сжался, смявшись в кокон. Внутри собственного тела.
- Извини, дорогой. И подвинься.
Мимо прошла Альда; в её руке Роберт с ужасом заметил окарину. Женщина прошла по балкону и принялась взбираться на парапет. Роберт хотел крикнуть, позвать людей, сам что-то сделать. Но был вынужден стоять, скованный магией.
И впервые он понял, что такое это подчинение. Проведший ритуал способен контролировать тела, как пожелает. Но душа человека при этом не подчинена ему – и что самое ужасное, она просто становится свидетелем происходящего, без права даже попытаться что-то сделать самостоятельно. Просто куклы, марионетки. И он сам стал таким.
Белое платье надулось парусом; взметнулись рыжие кудри женщины. Роберт даже испугался, как бы она не упала. Крылом взлетела рука, подносящая к губам музыкальный инструмент. Король ринулся вперёд. Тело неожиданно послушалось, и он вновь почувствовал себя с ним единым целым. Трель влилась в уши.