«Праздник какой-то?»
Толпа теснила к реке. Тысячу раз оттоптали ноги деревянными сабо, столько же раз пхнули под ребра локтями. Неподалеку показался длинный кортеж, окруженный плотным кольцом копейщиков и лучников. Последние неспешно отделились и вытянулись цепью, сдерживая напор безумствующей толпы. Над темными водами широкой реки бледнело раннее утро. Особо рьяные прыгали в воду, пытаясь обманным путем пересечь кордон и достаться паперти.
Фани пораженно остановилась, люди живо вытеснили из общего потока. Пришлось отступить на шаг, еще и еще. Это не может быть. Собор?
Храм еще хранил блеск новизны и представлял собой величественное зрелище. Духовное «сердце» города, расположен на месте галло-римского храма Юпитера. Поражал двойственностью стилистических влияний: с одной стороны, отголоски романского стиля, а с другой — готического. Элементы готики придавали зданию легкость и простоту вертикальной конструкции. Главный фасад имеет три двери. Над стрельчатыми порталами входов — скульптурные панно с разными эпизодами из Евангелия. Над центральным входом помещено изображение Страшного суда. По семь статуй поддерживают арки входа. С виду им уже лет сто. В центре Христос-Судия. На нижней перемычке изображены мертвецы, вставшие из могил. Их разбудили два ангела с трубами. Среди мертвецов — один король, один папа, воины и женщины (символизирует присутствие на Страшном суде всего человечества). На верхнем тимпане — Христос и два ангела с двух сторон. Двери украшены коваными рельефами.
Бледные солнечные лучи робко скользили по каменным стенам Собора. Раннее утро в полусне проникало в ниши над колонами, где в величественном молчании замерла вереница изысканных статуй. Позади всех таким же изваянием замерла пораженная девушка. Этого просто не может быть!
Кто-то коснулся плеча.
— Хочешь увидеть суд? — На сей раз голос молодой, глубокий, чуть бархатистый. С подозрением обернулась. Перед ней стоял высокий молодой человек в длинном бархатном плаще. Красивые черты, пристальный взор и тонкий чуть длинный нос. Породистое лицо.
— Почему одна?
«Дежавю»
Сказать ничего не успела, так как позади неизвестного открылись золотые врата. В пульсирующей середине странно переплеталось сверкающе белое и ядовито-черное пространство. Всего мгновение и Фани едва не потеряла сознание. Виски немилосердно сдавило. Непроизвольно закрыла глаза, а когда открыла, с губ сорвалось:
— Вот черт!
Мужчина на мгновение остолбенел, но после рассмеялся.
— По-всякому называли, но так — впервые.
Фани покраснела.
— Простите. Я имела в виду… то есть… Знала бы сама, что хотела этим сказать! — Обреченно призналась она, чем вызвала новый приступ смеха.
Как объяснить, что перед внутренним взором открылась золотая нить, ведущая к вратам. Проблема в том, что нить опутывала молодого человека. Значит, отпускать его нельзя ни под каким предлогом. Он ключ. А значит…
— Хочу.
— Что?
— Хочу увидеть суд.
Парень насмешливо поклонился и протянул руку, затянутую в кожаную перчатку. Фани величественно выпрямилась. Что будущее нам готовит? Не все ли равно.
Глава 5.
Слово автора:
изложенные ниже исторические события являются фантазией и не имеют ничего общего с реальными фактами, хотя могли бы быть…
Граф Пуатье искоса поглядывал на юную спутницу. Маленькая, субтильная, едва не чахоточная. Смотрелась чужеродно и неестественно, точно бриллиант в навозе. Кто она? Ему приходилось ранее встречать людей, источавших неуловимую ауру власти. Время от времени неизвестные появлялись во дворце и частным образом беседовали с королем. Результатом одной из таких бесед стали гонения на Нищих рыцарей. Подробности не дано знать ненаследному принцу. А так любопытно. Еще раз скользнул взглядом по тонкой фигурке.
Платье знатной дамы из дорогого сукна, украшено вышивкой и бисером. На тонкой шейке золотое ожерелье, а лиф заколот булавкой в форме длинной иглы. Где же сопровождающие, охрана, где муж или отец? В обществе не сталкивались. А на дочь буржуа не похожа — слишком холеные руки. Обедневшая дворянка? Иностранка? Быть может. В речи легкий акцент. Сплошная загадка, а головоломки принц любил как никто другой.