Выбрать главу

От исковерканной фразы слегка помутилось в голове. Минуту соображала, кто такая «моя любимая». А когда поняла… Что знает о жизни Фие? Ездит на байке, предпочитает дорогую одежду черного цвета, источает ауру власти, а в кровь вплетены магические нити. Кое-что понимает в палеонтологии и вероломно использует муай боран — прародитель таиландского бокса, так называемый «стиль девяти орудий». Не густо.

Интересно, что значит китаянка в жизни Фие. Имеет ли она право на ревность? Фани оглянулась в поисках емкости, куда поставить цветы. Может позвать медсестру, пусть принесет вазу. Словно прочитав мысли, китаянка вырвала букет, смяла нежные лепестки и швырнула в урну. Фани вскрикнула. Хотелось расплакаться: так долго выбирала, составляла композицию, вложила чувства и кусочек души.  Альстромерия на языке цветов означает — «милый», «прелестный»; желание сделать ненавязчивый комплимент, а так же намекнуть на грандиозные планы на будущее. Может вцепиться злодейке в волосы и дать пару хороших затрещин?

Правильно истолковав кровожадный блеск изумрудных глаз, китаянка истошно взвыла. Крупные слезы покатились по фарфоровым щекам.

       Фие медленно открыл глаза и болезненно поморщился. Навязчивое присутствие давило на виски. Голова кружилась от истощения, во рту сухо от лекарств, а вены болят от бесконечных капельниц. Облизал потрескавшиеся губы и перевел взгляд от китаянки до блондинки и обратно.

«Только не это. Не сейчас»

       Юи убедилась, что любовник очнулся и стала заунывно жаловаться на «интервенцию». Фани оставалось только беспомощно хлопать глазами, противница сладко журчала на китайском. Фани заподозрила — говорила гадости. В тоске душевной взяла и ткнула нахалку носом в матрас. Фие удивленно воззрился.

«Вот драки не хватало»

Прекрасно знал взрывной характер блондинки и подлую натуру брюнетки. Скоро прольется чья-то кровь.

«Наверняка — моя. Не буду в этом участвовать»

            — Идите домой. Обе.

            — Как это?! — Слажено возмутились девушки.

            — Проведали? Большое спасибо. Теперь я хочу отдохнуть.

           — Я имею право здесь находиться. — Проговорили одновременно. Так же слажено переглянулись и злобно зашипели.

Фие прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Как в анекдоте: «не просто ужас, а ужас-ужас».   Только объяснился с отцом и «поддакивающим» старшим братом, как объявились две подруги: прошлая и настоящая. Никогда не любил выяснять отношения. Увольте.

«Потом поговорим, через год, а лучше — в другой жизни»

— Любимая, моя позвать доктор? — Ласково мурлыкала китаянка, старательно путаясь в родах и склонениях. Фани взбрыкнула как боевой конь при звуках трубы.

— Ты кто такая?

— А ты, кто?!

Предчувствуя, что не переживет драку двух фурий, Фие прохрипел:

— На выход, обе!

— Что происходит? Почему ты так со мной разговариваешь?

— Фани уйди!

Девушка больно прикусила щеку, слишком сильно ударили слова.

— Прогоняешь? — Холодно, без надрыва, только в груди черная бездна.

— Ты слишком утомительна.

— Да, да, твоя уходил! — Поддакнула довольная китаянка и украдкой чмокнула парня в щеку. Тот вяло дернулся.

— Юи, тебя это тоже касается. — Сказал и отвернулся. — Достали.

Значит, низверг на один уровень с… непонятно кем? Фани побледнела. Выяснять отношения с полуживым парнем не хотелось, да и смысл? Безразличие видно невооруженным взглядом. Суетливая соперница изо всех сил демонстрировала собственную необходимость: подушку поправила, капельницу проверила, губы смочила. Парень смиренно терпел.

Наблюдая за «идиллией», Фани глотала злые слезы. В груди снежным комом нарастало отчаянье и боль потери. Будто сердце вынимают, прожигают внутренности. Ведь каждую минуту думала, как он: здоров ли, помнит ли? Да, пошел на поправку, но душа расцветает не для нее — для другой.

Незначительный эпизод в биографии. Бывает и такое.

«Не думать. Забыть. Уйти»

Цепляясь за гордость, как за спасательный круг, отступила на шаг, помедлила и решительно вышла; сбежала вниз по лестнице, не в силах сдержать соленые ручейки. Почему существует неразделенная любовь? Это же так мучительно, так страшно и так невыносимо. Позади раздался встревоженный, настойчивый голос Фие, но Фани не обернулась. Привычный мир разлетался на осколки.