м-то, - сказала она, недвусмысленно намекая на саму себя. - Нет, Яна - это исключено, - отказал я. - Я не могу взять тебя с собой. - Но ведь... - хотела было возразить она, но я перебил её. - И упрашивать тоже бесполезно, - непреклонно ответил я. - Потому что все вы, за моё пребывание в «Совёнке» стали для меня намного больше, чем кто бы то ни был, на целом свете..., а особенно ты, Яночка. Тебя же я никогда не забуду и всегда буду помнить, как самое прекрасное, что случилось в моей серой и скучной жизни. На всякий случай прощай и не поминай лихом, - я обнял её на прощание, и хотел было уйти, но Яна схватила меня за руку. - Ян, пусти, пожалуйста, мне и правда спешить надо. Каждая минута на счету. На что она крепко обняла меня, не желая отпускать. - Сень, я понимаю, что не имею права даже мечтать об этом, но... - она начала шмыгать носом. - Но... - пытался закончить её мысль я. - Но я всегда немного завидовала Алиске, хоть и никогда не показывала этого, - призналась она, чем сильно меня удивила. - Ты? Завидовала? Никогда бы не подумал, - сказал я. На что Яна вытерла нос и усмехнулась. - Веришь, нет? Я в детстве даже платья её куклам рвала, за то что наказывали меня, хотя виноваты были мы обе, - призналась она, посмотрев на меня. - И с парнями у нас было то же самое - она идёт гулять с мальчиком, а я сижу за неё её же домашнее задание делаю. Однако, я не сдала её, когда Алису застукали в туалете с сигаретой, хотя могла так сделать. Просто потому, что я понимаю, что кроме неё у меня нет никого ближе... вернее не было, до встречи с тобой, - она мило улыбнулась, отчего я немного покраснел от смущения. - И поэтому я не стану встревать между тобой и Алисой, добиваясь твоего расположения ко... в общем не важно. Я повернул её лицом к себе и сказал: - Вы все тут очень симпатичные, добрые и милые, и Алиса не исключение, - от этого Яна тут же погрустнела и потупила взор. - Только вот я считаю её просто другом. - А я для тебя тоже друг? - поинтересовалась Яна. - Ты для меня уже стала намного больше и ближе, чем просто друг, - ответил я. - Именно поэтому я и не хочу, чтобы ты шла со мной. Потому что не хочу, чтобы ты пострадала. - Ты тоже за всё это время стал для меня очень дорог, и я тоже не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, - сказала дрогнувшим голосом Яна, намериваясь расплакаться. - Ну-ну, не нужно плакать, - начал утешать её я. - Я ведь ещё никуда не ушёл. И если тебе действительно так будет спокойней, я буду рядом. Яна улыбнулась, а затем восторженно ахнула: - Смотри, - указала она куда-то мне за спину. - Никогда такого раньше не видела. Какая красота! Я обернулся и увидел светлячков, которые выстроились по одному в прямую линию через два метра друг от друга. Интересно. Может, таким образом, они хотят нам что-то сказать? И нужно двигаться вдоль этой стройной цепочки? - Мне кажется, это знак того, где именно искать Лену, - предположил я. - И если мы пойдем за ним следом, то возможно он и приведёт нас куда нужно, - дополнила меня Яна. Мы переглянулись, кивнули друг другу и решили придерживаться пока этой тактики. Тем более что другой, на тот момент у нас просто не было. Как там говорилось в одной мудрой пословице: «чем дальше в лес, тем злее дятлы»? Вот и мы с Яной влипли в похожую ситуацию. Нет, вначале всё шло вроде бы не плохо: мы спокойно шли по следу из светлячков, надеясь в итоге, что тот приведёт нас куда-нибудь. Однако, чем дальше мы углублялись в лес, тем мрачнее и темнее всё вокруг становилось. В тот момент мне казалось, что мы с Яной, словно герои трешовых ужастиков, где для полноты картины нам не хватало что-то реально жуткого. И как накаркал: неожиданно небо затянуло плотными тучами и мы оказались почти в полной темноте (не считая света светлячков, который был довольно тусклый и мало что освещал). Внезапно словно из темноты прозвучал знакомый голос всё того же Гарда, который зловещим тоном вещал нам: «Как мило, что вы вдвоём решили меня проведать. Только вы не против, что я немного приглушил свет? Потому что он мне режет глаза». И тут прямо перед нами возникла пара приличного размера красных глаз, которые начали нас внимательно рассматривать. Но после того как светлячки начали светить настолько ярко, словно сварочный аппарат, боггард болезненно закричал и его гигантские глаза исчезли. Впрочем, как и вся окружающая «сверх-тьма» (это когда вообще ничего не видно и нет никаких источников света), оставляя место за привычным пейзажем ночного леса и всё тех же звуках ночной природы. И я только сейчас заметил, что Яна побелела от страха и её начало потряхивать. Хотя, может быть она так трясётся оттого, что ей просто холодно. В любом случае, Яну сейчас необходимо хоть как-то поддержать. Поэтому я обнял её принимаясь успокаивать: - Всё хорошо, хорошо. Он ушёл. Не бойся. - К-как же н-не б-бояться, если стр-рашно? - заикаясь, сумела спросить она. Интересный вопрос? - Страх - это нормальное явление организма, на всё что ему кажется враждебным или представляет опасность для него, - по научному ответил я, отчего Яна даже перестала трястись и с интересом посмотрела на меня. - Здесь же банальный розыгрыш для детей младших классов. Да, жутко. Не скрою, даже я поначалу испугался. Но потом смог принять свой страх, как должное и сумел взять себя в руки. - Просто ты смелый, а я трусиха, вот и всё, - самокритично буркнула Яна. - Ты трусиха? - удивился я. - А кто может взят сколопендру голыми руками, не боясь быть укушенным? Кто может приютить у себя раненного совёнка и стать тому мамой и папой? Кто без страха полезет в холодную воду, в конце концов, не боясь заболеть? - Я? - поинтересовалась она, оглядываясь по сторонам, выискивая того, о ком я всё это сейчас рассказывал. - Ну не я же? - пожал плечами я. - Я сам, когда первый раз очутился в этом лагере, тоже в шоке был. А сейчас ничего, привык, как видишь. - В смысле «очутился»? - нахмурилась она, внимательно посмотрев на меня, словно видела впервые. - Ты же приехал сюда, как и все мы. На четыреста десятом автобусе. - Да, но только... - задумался я и через пару секунд ответил: - Давай дальше продолжим идти и я по дороге тебе всё расскажу, идёт? - Она кивнула, и мы пошли дальше, вслед за «гирляндой» светлячков, не имея ни малейшего представления, куда это нас в конечном итоге приведёт. И всё это время пока мы с Яной шли, я подробнейшим образом и детально, рассказал ей кто я такой на самом деле, как тут очутился и про всё остальное тоже, вплоть до встречи с ней. Яна, хоть и слушала меня довольно внимательно, но потом посмотрела на меня, то ли с жалостью, то ли с состраданием, словно я был душевнобольной. - Так я и знал, что не поверишь. Ну ладно, ничего страшного я не обижаюсь. Если бы мне кто раньше рассказал подобное, я бы сам от такого собеседника тут же убежал. Однако Яна, взяла меня за руку, при этом тепло ответив: - Я тебе верю. Хоть твоя история и кажется слегка... - Безумной? - предположил я, но Яна отмела эту версию. - Скорее уж фантастической, - поправила она. - Но, несмотря на её фантастичность, она не кажется такой уж и странной. Решив прервать нашу довольно странную беседу, я предложил продолжить этот разговор «по душам» чуть позже и пока что вернутся к нашим поискам пропавшей Лены. И вот, двигаясь потихоньку вдоль этой странной живой цепочки из светлячков, мы вышли из лесополосы, где перед нами предстало старое, перекосившееся от трещин в стенах здание с дырявой крышей и выбитыми окнами. А в свете яркой и полной Луны, это здание выглядело ещё и каким-то зловещим. Но судя потому, что цепочка светлячков тянулась именно в сторону этого здания, я рискнул предположить, что именно там и есть наша конечная цель. Яна снова начала заметно нервничать и подрагивать от страха, но когда я крепко взял её за руку, немного успокоилась и сказала: - Это старый лагерный корпус, который много лет назад решили оставить и заселять приезжающих сюда пионеров в новый лагерь, в котором мы сейчас и живём. Много нехорошего про это место рассказывают, - она указала на здание. - Поговаривают, что оставили этот корпус из-за того, что тут творилось нечто странное и необъяснимое. Словно это были какие-то призраки, покой которых потревожили люди. И горе тому, кто снова придёт сюда. Духи этого места будут беспощадны ко всем живущим. Ибо они верят, что человеческая кровь, якобы может вернуть им жизнь, которой их однажды лишили. На что я скептически хмыкнул. - Сказки всё это и предрассудки. Не бери в голову и всё будет хорошо. Пошли, - и, держа друг друга за руки, мы направились в сторону старого корпуса лагеря. Но подойдя ближе, мы обнаружили, что двери были наглухо закрыты, и к тому же исписанные странными символами, похожими на «тэги» граффити художников. Ну и правильно, чего зданию просто рушиться со временем? А так, будет стоять и глаз радовать. Правда краска для этих рисунков используется, какая-то странная, багрово красная, словно это... - Это что... к-кровь? - испуганно пробормотала Яна, указывая на одну из надписей. - Очень на это похоже, - подумав, ответил я. - Нужно проверить, - сказал я и дотронулся до одного из рисунков. Вдруг он тут же начал ярко мерцать, слепя глаза. Словно сработала какая-то охранная система, только вместо того, чтобы не пропускать нас дальше, её принцип работы был несколько иной: двери распахнулись, нас с Яной какой-то неведомой силой затолкали внутрь и закрыли за нами дверь. В результате чего, мы оказались в западне. - Мы в ловушке, - обречённо прошептала Яна, смотря