ось, честно. - Да я на тебя и не в обиде, - ответила она. - Просто в следующий раз, если видишь, что дверь открыта - стучи, хорошо, - я кивнул, после чего вожатая дала мне в руки ключ и пояснила. - И раз уж ты прибыл в лагерь последний, то свободных мест у нас не осталось. Так что надеюсь ты не будешь против моей компании. - Не понял, - честно ответил я. - Вы хотите сказать, что я буду жить с... вами? - Ну да. А ты что-то имеешь против? - пожала плечами она. - Да нет, в принципе, - почесал в затылке я. - Просто вы же сами видите: я - парень, Вы - девушка. К тому же моё непосредственное начальство. Мало ли какие слухи могут по лагерю поползти? - Слухов я не боюсь, и тебе советую тоже не бояться, - твердо сказала она, положив руку мне на плечо, отчего стало как-то одновременно приятно и настораживало. А вдруг она воспринимает меня не как обычного пионера, а как кого-то большего? Хотя, мало ли что в её голове творится? В своей бы пока разобраться. - Ладно, Сень. Главное я тебе сказала, так что пока можешь быть свободен. Если что нужно будет... - Мне бы переодеться? - попросил я. - А то в зимней одежде, как в сауне. У вас случайно не найдется комплекта формы, моего размера? Она пригласила меня внутрь домика и вытащила из шкафа комплект формы, плюс ещё какой-то пакетик. - А здесь что? - поинтересовался я, заглядывая в пакет. - Твои гигиенические принадлежности, - пояснила вожатая. - Потому как пионер всегда должен быть чист и опрятен. Понятно? - Само собой, - ответил я, за что она сурово на меня посмотрела. - Пионер должен отвечать «всегда готов!», понял? - пояснила Ольга Дмитриевна. -Яс... то есть, всегда готов! - поправившись, ответил я. Вожатая улыбнулась и добавила: - Ладно, я пока выйду, что бы ты мог переодеться и привести себя в порядок, - и вышла за дверь оставляя меня один на один с формой, которая на первый взгляд, была на пару размеров меньше моего размера. Ну что поделать: буду значит как клоун расхаживать по лагерю. На удивление форма подошла, как родная. Даже чуть болталась. Неужели я успел настолько похудеть? Но посмотрев в зеркало, на двери шкафа, я понял, почему форма мне велика. Потому как в зеркале на меня смотрел не двадцати восьмилетний заросший щетиной мужик, а подросток лет семнадцати, только очень похожий на меня. На всякий случай я поводил рукой перед зеркалом и когда отражение повторило все движения, я удостоверился. Да, это действительно был я. Ну вашу *** мать! В дверь постучали, тем самым отвлекая меня от собственного помолодевшего отражения. - Семён, у тебя всё в порядке? - поинтересовалась вожатая. Как сказать? - Да всё нормально, - ответил я, расправляя форму. - Можете войти. Я уже переоделся. Вожатая вошла и оценивающе на меня посмотрела. - А галстук где? - сердито спросила она. - Вот, - я вытащил этот кусок красной ткани из кармана. - Я всё равно завязывать не умею. Так хотя бы просто в кармане поношу для приличия. На что вожатая цокнула языком и ловко завязала мне галстук на шее. - Ты бы ещё Двачевской уподобился бы. Та вообще, как ты заметил, галстук на руке носит, - говорила она, завершая свою работу плотным узлом. - Не туго? - поинтересовалась вожатая. Я покачал головой. - Ну вот. Хоть на нормального человека стал похож. Только учти, галстук я тебе вяжу первый и последний раз. Потом сам, договорились? - Я кивнул. - Вот и хорошо. Теперь можешь идти, куда хотел. На сегодня я тебя нагружать не стану. Так что иди. И я с приклеенной улыбкой вышел из домика. Только оказавшись снаружи, я решил слегка ослабить галстук, потому как тот мне реально давил. Затем я направился дальше изучать лагерь, а также искать возможные варианты побега из него. Потому как, что бы то ни было, мне тут явно не место. Я и не заметил, как ноги сами привели меня к столовой. Интересно, как там Ульянка? Может ей помощь нужна? Ведь если вдуматься, она же не знала, что это членистоногое ядовитым окажется. Да и шутка эта была неудачная. Немного постояв у входа, я всё-таки решил войти в столовую, где Ульяна во всю трудилась... на пару с Яной. А она что тут делает? Её же вроде не наказывали, а даже наоборот - похвалили? Тогда почему она тоже решила уборкой заняться? Да ещё и на добровольной основе? Осмотревшись по сторонам в поисках Алисы, я всё же решил внести свою посильную лепту в помощь по уборке столовой. - Всем привет, - помахал девчонкам я. На что Ульяна хмыкнула и продолжила заниматься протиркой от пыли стульев, в то время как Яна приветливо мне помахала. - Привет Сень, - доброжелательно ответила она. - Какими судьбами? - Всё вожатой, наверное, про меня рассказал, - буркнув под нос, добавила рыжая бестия, - вот и хвастаться пришёл. Ну, и что молчим? Хвастайся, давай. - Вообще-то я помочь хотел, - обиженно ответил я. - Но раз вам моя помощь не требуется, могу и уйти. - Да ладно вам ссориться. Давайте жить дружно, - пыталась нас примирить Яна. - Как ещё один кот из мультика говорит. - И то верно, - почесав в затылке, ответил я. - Ну что, мир? - протянул я руку Ульяне в знак прекращения споров между нами. Ульяна немного задумалась, но потом всё же пожала мне руку. - Не мир, а перемирие, - добавила она. - И полкило конфет. - Слушай, а у тебя ничего не слипнется? - ехидно поинтересовался я. - Ах, так, тогда килограмм. Иначе расскажу вожатой... что ты ко мне приставал, во! - начала шантажировать меня она. - Думаешь, она поверит, в твои сказки? - прыснул со смеху я, отчего Ульяна надулась и стала похожа на обиженного колобка. - Вот за что ты меня так не любишь? - раздосадовано спросила она. - Я тебя не «не люблю», - поправил её я. - Просто ты иногда ведёшь себя, как... маленькая, что ли? - Вообще-то я и есть маленькая, - искала оправдание она. - Мне, между прочим, ещё даже не пятнадцать, а всего лишь четырнадцать. - А ведёшь себя так, словно тебе три или четыре года и у тебя в песочнице последнее ведёрко с совком отобрали, - продолжал гнуть своё я. - Ах ты ж... - засопела Ульяна, но не найдя подходящих слов, кинула мне в лицо мокрой грязной тряпкой и наступила на ногу. - Ну всё. Теперь держись, - прошипел я, хватая её за руку, но пока думал, что делать дальше, она успела меня больно укусить за палец и убежать, чуть не сбив с ног Яну, которая ходила воду в ведре менять. Я решил, что мой пострадавший палец, не должен остаться не отомщенным, поэтому я ломанулся следом за Ульяной, даже не обращая внимания на возгласы Яны и её призыв остановиться. Но в тот момент во мне горело только одно желание, а точнее два в одном: догнать эту рыжую бестию и научить её хорошим манерам, путём ремня по мягкому месту. Выбежав из столовой, я побежал следом за ней, но Ульяна все равно пыталась ускользнуть, ловко маневрируя между пионеров спокойно идущих нам навстречу и с интересом смотревшими на наши с ней догонялки. Так продолжалось до тех пор, пока мы не выбежали за пределы лагеря в лесополосу, где я её и догнал, повалив при этом на землю. Рыжая бестия пыталась вырваться, но я крепко схватил её за руки и не отпускал. - И что дальше? - поинтересовалась она, тяжело дыша. Я призадумался, а правда, что? Просто отшлёпать её за плохое поведение? Как-то не гуманно. Но и просто так отпускать, тоже бессмысленно. Что я зря за ней гнался, что ли? - Сейчас я тебя буду учить хорошим манерам, - сообщил я, собираясь снять ремень, на что она посмотрела не со страхом, а даже с неким интересом. - Насиловать будешь, что ли? - ошарашила меня своим вопросом она. Я даже забыл, что хотел сделать. - Чего? - обалдев, переспросил я. - Ты вообще в своем уме, такое спрашивать?! - Ну, а чего тогда гнался? - поинтересовалась она, обиженно отвернувшись. - Думал, что поймаю и отшлепаю тебя слегка, - честно ответил я. - Однако теперь, я и не знаю что делать. - Зато я знаю, - ответила она, вырвавшись и снова убежав от меня, теперь уже в неизвестном направлении, оставив меня в полном недоумении. Это же надо такое на меня подумать - будто я маньяк-насильник какой-то. Ну и фантазия у этой мелюзги, мама не горюй. Где только нахвататься успела? Немного придя в себя, я встал с земли, отряхнулся и осмотревшись по сторонам, понял что неподалёку то самое место, где я первый раз встретил Яну. А это значит что я с Ульяной отбежали от лагеря не так далеко. В принципе и хорошо, потому как я заметил, что уже начинало темнеть. И пока тут хоть что-то видно, я решил направиться в сторону лагеря. Параллельно думая над ситуацией с Ульяной. Безусловно, она гиперактивная, егоза, в каждой бочке затычка..., но когда мы лежали на земле и я держал её за руки, у меня совершенно тогда пропало желание её наказывать. Не знаю почему. Может потому что смотря в её бездонные голубые глаза, я видел, что ей на самом деле стыдно за содеянное. Но она не может в этом признаться из-за гордости или чтобы не показаться слабой передо мной. Но зачем притворяться тем, кем ты не являешься на самом деле? Неужели людям интересно видеть и слышать, то что они хотят, а не что есть на самом деле? В любом случае этим вопросом задавались многие философы и учёные, и мне на него ответить уж точно не удастся. И потом, сейчас это не главное. Главное понять, как и зачем я тут оказался и как отсюда сбежать.Хотя если задуматься, то зачем? Есть ли что-то или кто-то в моём мире, ради чего я должен отказываться от такого