— И всё-таки я не понимаю, почему ты тогда не позвал меня с собой? — проворчал Танака, подъехав к окну моей кареты, — Так настоящие друзья не поступают! И это после всего того, что мы пережили вместе!
— Ну извини! — развёл руками я, — Если бы ты соизволил меня предупредить о том, что будешь ночевать не у себя, а у леди Лорен в комнате, то безусловно я бы нашёл тебя и обязательно позвал! Не уверен, правда, что леди Лорен понравилось бы моё вторжение, ну да это уже нюансы. Так ведь?
— Н-нет. Пожалуй, так делать не стоило, — неуверенно выдавил он из себя, и задумавшись, еле успел уклониться от одной из веток, чуть не полоснувшей его по лицу. В этом месте дорога была довольно узкая, и деревья подступали вплотную к ней, сопровождая каждую из карет ударами веток, как будто наказывая нас за то, что мы потревожили их покой. Из владений герцогства мы давно уже выехали, и ехали по землям империи, но принципиальной разницы я пока не заметил. Всё тот же угрюмый лес обступал нас, те же неухоженные дороги, в ямах на которых то и дело застревали наши кареты, и те же нищие деревушки с населением, испуганно следившим за нами из прикрытых ставен окон.
— И к тому же, — сбавил тон я, — Не уверен, что глава твоего дома был бы рад тому, что ты вступил в конфликт с эфами, и теперь в любой момент нужно ждать их карающего отряда.
— Так ты же их всех убил, — еле слышно прошептал он, наклонившись к окну, — Откуда им знать, куда делся их отряд?
— Убил, — согласился я с ним. И да, от него я секретов не стал делать, и рассказал о нашем небольшом «приключении», — Вот только не забывай, что мы с тобой живём в мире, где существует чародейство, и я, например, ещё плохо себе представляю, на что способны сильные чародеи и не исключаю, что они всё же смогут каким-то образом узнать, кто убил их люд... Э-э... Эфов, конечно же, — поправился я.
— Вот ведь бездна... — выдохнул он встревоженно, — Об этом я не подумал, а ведь ты совершенно прав! Так вам троим, получается грозит опасность! Надо что-то с этим делать!
— Не дёргайся. Не исключено, что я перестраховываюсь, и они о нас так и не узнают. Но, безусловно, буду осторожнее, — пообещал я ему, — И оба мои спутника знали, на что шли. Милтон заявил, что не боится их возможной мести, а Рик, сам знаешь, решил с нами в империю уехать. Затеряется в столице, и вряд ли его кто там найдёт. Мне же их месть вообще не страшна. Пусть попробуют сунуться. Горячую встречу обеспечу. Вот ведь гадство! — не сдержал возмущённого вопля я, когда карета явно на что-то наехала, подпрыгнула, ну я с ней подпрыгнул, чуть не ударившись макушкой об крышу, — Да когда это уже всё закончится! Скажи мне лучше, скоро мы там уже приедем? Вторая декада уже идёт, как мы выехали! Меня уже тошнить начинает от одной только мысли, что обратно потом ещё столько же ехать!
— Могу тебя обрадовать. Почти приехали, — поспешил он меня успокоить, — Лес уже почти закончился и вскоре мы выедем на нормальную дорогу. Сегодня уже будем в довольно большом городе ночевать, а потом ещё через два восхода будем в столице. Да и не переживай, обратная дорога будет короче по времени. К нашей обратной поездке сезон дождей закончится и подморозить должно. По замёрзшей дороге кареты будут гораздо быстрее передвигаться. Ну а если нам повезёт, и выпадет снег, то ещё быстрее будет. Можно будет кареты на полозья переставить. Но на это шансов мало, — тут же поспешил обломать меня, уже витавшего в облаках, представляя, как мы понесёмся в обратный путь с ветерком по заснеженному лесу. И я до сих пор не мог привыкнуть до конца к местным понятиям о времени пути. У них два дня — это «почти приехали», у нас же это — капец как далеко. Только сейчас я в полном мере осознал, каково было нашим предкам перемещаться по огромной России.
— Ну хорошо... — проворчал я, — Два восхода, это, хвала Сёстрам, не две декады. Потерплю как-нибудь, — я устало откинулся на спинку, и решил немного подремать. Друг правильно меня понял, и тактично стал отъезжать от кареты, но вскоре почему-то вернулся.
— Мих, можно спросить? — как-то нерешительно поинтересовался он.
— Ну попробуй, — нехотя согласился я, борясь с дремотой, и не давая глазам закрыться самим собой.