Подумалось: «Странные приоритеты у него».
— Ага, — пробормотала я. — А в конце концов вас заинтересует, где лежит ключ от моей квартиры?
Мне чуть руку нее вывихнули, внезапно выдрав из них сумку. Тот мужчина, что сидел в прихожей, подкрался сзади. И тут же немедленно вытряхнул содержимое сумки на домотканую дорожку. Но я оцепенела не оттого, что он вырвал у меня сумку и так наплевательски распорядился ею. Да, это был он — один из двоих телохранителей, которые приходили с Леной, а потом искали её в магазине.
Пакетик с шалью выпал среди остальной мелочи. Телохранитель, вырвавший сумку, склонился и подобрал с пола пакет. Вскоре он держал в руках расправленную шаль. Наталья, даже перепуганная, взглянула лишь раз на вязаную вещь и ахнула:
— Господи, чудо какое!
— Итак, — не обращая внимания на ведьму, продолжал черноволосый мужчина, сквозь человеческую личину которого на меня яростно ощерилась гиена, — это доказывает, что ты знаешь, где прячется Лиенна. А поскольку ты увела вчера Лелля, ты знаешь, где находятся миротворцы. Быстро! Где Лиенна?!
«Почему им нужна именно Лиенна? — удивлялась я втихомолку. — Лелль же сильней!» А потом я почему-то вбила себе в голову, что магические силы мальчишки исчерпаны и что, как только Лена появится у гиен, мальчишку выбросят, как Арину. И твёрдо ответила:
— Я не понимаю, чего вы от меня хотите!
— Где Лиенна?! — заорал черноволосый.
И залепил мне такую пощёчину, что я пошатнулась и всем телом упала бы прямо на стену, потому что к ней отнесло силой удара, не стой рядом тот телохранитель. Спиной я ударилась о него, чуть не сбив с ног, и он же подхватил меня под локти, помогая не упасть. Щека горела и ныла, в ушах звенело так страшно, что на некоторое время я, кажется, оглохла и только тупо смотрела, как орёт на меня черноволосый. А потом, когда он захлопнул пасть, чтобы отдышаться, над собственной головой, едва глухота прошла, я услышала изумлённое:
— Дир, ты никогда так… не кричал.
Мне показалось, телохранитель хотел сказать: «Не вопил!»
Бешеные мутно-жёлтые глаза гиены впялились в мои глаза. Я сглотнула, чтобы ушли остатки глухоты. Черноволосый гиена вырвал из рук телохранителя шаль и, скомкав, сунул её в карман. Шагнул ко мне, и пришлось поневоле вжаться в поддерживающего меня на ногах телохранителя.
— Не хочешь говорить добровольно — заговоришь на наших условиях! — прошипел черноволосый Дир и поднял руку.
Хотела зажмуриться в ожидании удара, но вовремя скосилась на его пальцы.
Чёрт-чёрт-чёрт! Почему никто из миротворцев не предупредил меня?! И почему я сама всегда смотрела только в лица гиен?!
Я затрепыхалась в ручищах телохранителя, стараясь изо всех сил выдраться, кажется, даже завизжала, вынужденно глядя, как ко мне медленно, но верно приближается коготь, выползший из указательного пальца гиены. И чем ближе становился коготь, тем отчётливей я видела, как с его кончика вниз, по пальцу, стекает жидкость жутко неприятного бурого цвета.
От гадливости, от страха, от предчувствия боли, я всё же зажмурилась и застонала.
— Где Лиенна?! — снова рявкнул чёртов Дир.
— Не знаю! — жалко рявкнула я в ответ.
И распахнула глаза в тот самый момент, когда коготь ткнулся мне в щёку, до сих пор болезненно горевшую, и резко царапнул её.
Ноги оцепенели первыми. Потом я почувствовала, что губы будто распухли. Попыталась выругаться, что Дир — гад хороший. Нижней челюстью пошевелить не сумела. Она будто приклеилась к верхней. А язык словно распух и лежал во рту чугунной гирькой… Потом, как ни странно, телохранитель подтащил меня к креслу, в котором сидел до сих пор гиена Дир, и усадил, словно куклу: я просто-напросто сломалась, когда подогнулись ноги, а телохранитель взял — и пнул по пальцам моих ног, чтобы колени сложились, а я села полностью.
Потом я смотрела, как в тягостном сне: телохранители ушли от кресла с Натальей, но самой ей встать не разрешили, и белая ведьма сидела, уткнувшись лицом в ладони, и подвывала. Тот телохранитель, который держал меня, о чём-то тихо говорил с гиеной Диром, потом уходил куда-то.
Наконец Дир шагнул ко мне и вгляделся в мои глаза. Выпрямился, и я услышала:
— Встать!
Я бы ни за что!.. Но ноги выполнили приказ мгновенно. Я просто выпрыгнула из кресла и вытянулась перед гиеной, как солдат перед генералом.
— Иди за мной! — велел гиена. И повернулся ко мне спиной.
Лихорадочная мысль: «Бежать!»
А ноги послушно затопали за Диром. Я поражалась себе, пыталась сопротивляться, пока не поняла, что та жидкость на гиеньем когте лишила меня свободы воли. И тогда, сообразив всё это, перестала внутренне брыкаться, угрюмо размышляя, долго ли будет действовать отрава.