Наконец, Валера купил для бабы Зои и матери по несколько мотков «Деревенской пряжи» и откланялся. Димыч вышел его проводить, а Аделия отложила вязание. Некоторое время, поджав губы, она смотрела на закрытую дверь, а потом взглянула на меня. Хмыкнула, чему я очень удивилась.
— Лида, — сказала она, теперь хлопая ресницами на меня, — никогда бы не подумала что ты такой интересный человек!
— В каком смысле? — пробормотала я.
— Ну, когда я уселась в этом магазине, я решила, что с личной жизнью покончено. Но, как выяснилось, вокруг тебя столько интересных мужчин! Вчера Димка привёл троих, которые помогали тебя искать! Боже, какие мужчины! Нет, я понимаю, что они все такие из себя галантные, повидавшие виды — особенно двое, такого представительного вида! К ним вообще не подступись, но хоть пообщаться с ними! Очень интересные мужчины! Такие учтивые, на дипломатов похожи! Но тот тип, который модняцки небритый, Олег, очень, очень даже ничего, симпатичненький! Мы с ним немного поговорили, так он ещё и в беседе такой обходительный! А сегодня этот Валера! — Имя она произнесла с придыханием. — Ты мне всегда казалась… ну-у… мышкой себе на уме, но чтобы вокруг тебя такие мужчины увивались! Лида, ты меня удивила!
Выпалив всё, что у неё на душе лежало, Аделия, открыв рот, с тем же придыханием принялась за вязание. Впрочем, молчала она недолго. Опустив на колени вязание, она задумчиво посмотрела на меня, потом на нитки.
— Мама всегда говорила, что для девушки ничего лучше нет, чтобы мужчина увидел её за рукоделием. Мама оказалась права. Видела бы ты, как смотрели и вчера, и сегодня на меня! Ах, Лида… Кажется, ты мне приносишь удачу.
Она так зациклилась на мужчинах, с которыми познакомилась и вчера, и сегодня, что совершенно забыла узнать, а где же была я. Где я пропадала всё это время?
Честно говоря, я слегка обалдела, так и не поняв, на кого из мужчин запала Аделия. Из беспорядочных её размышлений я выудила кучу информации, но главного так и не поняла. Насчёт дипломатов она, кстати, очень даже права — подумалось мне. Ведь индейцы-миротворцы в нашем мире и есть тайные дипломаты…
Не стала больше заморачиваться матримониальными исследованиями коллеги и быстро ушла в кладовку — посмотреть, что, кроме разложенного в зале, осталось здесь. Ещё надо будет посмотреть накладные и сверить количество пряжи в магазине с тем, что указано в бумагах. И я очень рассчитывала сбежать сегодня пораньше, чтобы выспаться. Эта мысль меня так поглотила, что я аж вздрогнула от неожиданности, когда в магазин вошла покупательница, навстречу которой, к моему изумлению, вскочила Аделия и принялась кружить вокруг неё, чуть не райской птичкой услаждая слух клиентки воркованием об интересных пряжах.
Следующим вошёл Димыч и искоса посмотрел на Аделию.
— Теперь я знаю, что мужики — это величайший стимул для Адельки, — вполголоса сообщил он, приблизившись ко мне. — Она со вчерашнего дня подпрыгивает и только не пляшет перед всеми. Только я не пойму, как связать мужиков и её желание всем… это…
— Угодить? — подсказала я, открыв рот, наблюдая, как Аделия вместе с покупательницей с интересом рассматривают пряжу из нового привоза.
— Ага, угодить. Лид, ты как? Очень устала?
— Сбежать бы, — с тоской сказала я. — Но Аделия, наверное, не согласится.
— Проверь накладные, — посоветовал братишка. — Она бумажек больше всего боится. А как проверишь, она тебя легко отпустит.
Засев за столом перед кладовкой, я быстро оформила бумаги и пробежалась по магазину, считая товар. Всё сошлось.
— Немного посижу, а потом смоюсь, — решила я, вернувшись к узкому столу, за которым сидел брат. — Что сказал Валера?
— А почему ты уверена, что он что-то сказал?
— Понятия не имею. Мне так кажется.
— Он сказал две вещи. Первое — нам надо поискать другое помещение для магазина — с внутренним выходом в другое помещение, из которого можно опять-таки выйти.
— Ничего себе, — поразилась я. — А зачем такое?
— Он сказал, что не совсем всё понял про миграцию всех этих существ, но на будущее такое перемещение нам всем пригодится.
— Та-ак, — завязывая себе узелок на память насчёт разговора с Региной о расширении в другом помещении, сказала я. Резон в словах Валеры есть — и очень даже такой основательный. — Ещё что он сказал?
— В связи с этой же миграцией Валера подумывает вернуться на работу в полицию. Сюда.
— Что значит — сюда?
— Ну, он работал в том городке, рядом со своей деревней, когда вернулся после развода, а теперь хочет здесь — в нашем городе. Сказал, что, когда миротворцы под боком, ему как-то спокойней.