— Я… — задумался Димка. — Понимаешь, я только начал спать и вдруг до меня дошло. Нет, Лидк, ты сама подумай… Другой мир соприкоснулся с нашим. Нет, ты и правда представь! Мы-то ничего не замечаем, а кто-то из них первый вошёл сюда, пропал в разрыве этих границ и увидел, что здесь по-другому. А в его родном мире кто-то пожаловался, что пропал… ну, житель, и появились миротворцы, чтобы отыскать его.
— У меня полное впечатление, что ты не договариваешь, — насмешливо заметила я.
— Лид, ну вот ты скажи честно: тебе бы хотелось попасть в их мир?
Вопрос озадачил. Я всё-таки не из тех заядлых путешественников, которым хлебом не корми, а только бы путешествовать. В идеале моя жизнь лично мне представлялась так: бесконечная дорога на работу и домой, а по дороге — в магазин. Мне этого достаточно, чтобы сказать, что я и так неплохо путешествую.
Мы снова выключили свет и некоторое время сидели в темноте, тихонько разговаривая о своих впечатлениях от недавних двух дней. Димку больше всего интересовал вопрос о Дире.
— Если он муж Лены, то почему?.. — поражался он.
— Может, позавидовал? — пожимала я плечами. — Он стал приживалой, а она осталась небесной птицей. Он стал способен только на гадство, которое прячется у него в когте. А она продолжает выполнять желания и делать красивые вещи.
— Но как он сумел вернуться в форму небесной птицы? Миротворцы же сказали, что это невозможно! Не понимаю…
— Он шептал про Эрика. Мне кажется, Дир вызывал в себе воспоминание о том времени, когда он любил сына. И вообще… Помнишь, что он потребовал отдать ему Лену? Заметь, они уже знали, что мы нашли Лелля. Но Дир потребовал в первую очередь именно её. Думаю, он до сих пор любит её. На свой лад.
— Псих, — пробормотал Дима в недоумении. — Разве так можно любить? Он же Эрика бил, мучил. Ему было плевать, что жене пришлось представляться женой другого… другой гиены! И это любовь? Неужели… Лид, неужели такое и у людей бывает?
Заснули с приближением рассвета. Первой проснулась я и, не открывая глаз, попыталась вспомнить, что видела в последнем сне — возможно, пророческом. Мелькали смутные тени, в которых изредка пролетали знакомые образы и ситуации, но поймать ни один из них не получилось.
Встали в один момент, и Димка сразу побежал «забивать» первым ванную комнату.
Так вышло, что, не сговариваясь, из дома на работу вышли пораньше. Даже мама удивилась, но похвалила вслед, что так серьёзно относимся к работе, пусть для младшего она и временная. На улице Димка, разгорячённый, даже предложил взять такси, чтобы побыстрей добраться до магазина и перестать психовать, но я покачала головой: пятнадцать-двадцать минут ничего не решают.
Ехали, засев в заднем салоне троллейбуса, причём вскоре я поймала себя на мысли, что мы оба сидим, развернувшись ко всему троллейбусу, чтобы все пассажиры оказались на виду. И каждого входящего что я, что Димыч внимательно осматриваем.
Я ткнула локтем братишку.
— Дим, ты кого ищешь?
— А? — от неожиданности спросил он. А потом виновато усмехнулся, сообразив, что мы делаем. — Я — небесных птиц. А ты?
— Хм. А я — гиен. А почему небесных птиц?
— Ну… Они красивые, как картинки. Всё время хочется смотреть, — смущённо сказал Димка. — А ты — почему гиен?
— Чтоб не пугаться, если резко столкнёмся.
И всё. Улыбнулись друг другу и замолчали до конца поездки. Только гиен я уже не выглядывала, а рассеянно смотрела в окно, раздумывая: «Я ищу гиен, заранее настроившись на опасность. Димка — высматривает небесных птиц, хотя прекрасно знает, что в городе их сейчас нет — все они в квартире Олега. Но высматривает. Я трясусь от страха перед гиенами, получается? А Димка их не боится, потому что вплотную не встречался? Хотя почему — не встречался? Он видел их у старого цеха… Но всё равно. Меня тянет на опасность, а его — на прекрасное. — Я вздохнула. — Стоит ли ему напоминать, что он может напороться на гиен, высматривая своих небесных птиц? Будет жестоко, когда его желание увидеть прекрасное столкнётся с безобразным… Правда, есть обычные гиены, и они не виноваты, что так выглядят…»
Но троллейбус остановился в очередной раз, и мы вышли.
По улице шагали, не сговариваясь, ближе к домам, в тени, чтобы нас не было видно от магазина. Зачем? Я шла и удивлялась: то самое странное впечатление тревоги не собиралось оставлять нас — возможно, поэтому мы прятались? Когда дошли до нашего дома с магазином, Димка спохватился:
— Лид, мы хотели посмотреть тебе мобильный!
— Время раннее, — напомнила я. — Потом посмотрим, в обед, например. Домой неохота, так хоть будет повод погулять.