Какого-либо единого масонского центра после 1822 года в России, видимо, не существовало. Наиболее значительные масонские силы группировались вокруг ложи «Ищущих манны» в Москве. Среди участников этих собраний — Н.А. Головин, Р.С. Степанов, В.Д. Комынин, С.Н. Арсеньев52. Ложа эта просуществовала в Москве до середины 1830-х годов, после чего распалась на более узкие по своему составу кружки братьев «Теоретической степени» и «Капитула ордена». Провинциальным фи-
лиалом ложи «Ищущих манны» была мастерская «Соединение» в Тульской губернии, где у ряда ее членов были поместья. Есть сведения и о других масонских мастерских этого времени из бывших членов ложи «Александра тройственного благословения». Численность их непрерывно падала, и к началу 1860-х годов в Москве функционировал, по-видимому, всего один только эзотерический кружок В.С. Арсеньева, в котором подвизалось не более десятка членов. Что касается Петербурга, то здесь в конце 1820-х годов возобновилась было на короткое время деятельность Великой ложи «Астреи». Однако к началу 1860-х годов о каких-либо масонских кружках в Петербурге сведений уже нет.
Из провинциальных масонских кружков 1820-х — начала 1830-х годов исследователи отмечают нижегородский во главе с
A. Н. Сверчковым, тверской во главе с Ю.Н. Бартеньевым. Имеются сведения о масонских кружках в Вологде (бывшие члены ложи «Северной звезды»), Симбирске (бывшие члены ложи «Ключ к добродетели»), Иркутске и Саратове. Но уже к началу 1840-х годов от них не осталось и следа. Следует упомянуть и о возобновлении в 1822—1825 гг. деятельности киевской ложи «Соединенных славян», в которой принимали участие декабристы Н.Н. Раевский, В.Л. Лукашевич и М.Ф. Орлов. Ложа вскоре, однако, была закрыта.
В отсутствие притока свежих сил, русское масонство 1830-х — 1840-х годов явно замыкалось в узких по своему составу семейных кружках, ограничивавшихся, как правило, членами одной семьи и их близкими знакомыми. Наиболее известна из них семейная масонская династия Комыниных-Арсеньевых, насчитывающая целых пять поколений масонов. От старших к младшим переходили в этих семьях предания, масонская символика и обрядность и, конечно же, масонские архивы. Были, хотя и крайне редко, и новые посвящения. В идейно-теоретическом плане все это были убежденные мистики. Некоторые из них, как то: С.С. Ланской, А.Н. Муравьев, А.Н. Голицын, С.Д. Нечаев,
B. И. Кутневич занимали видное положение в обществе. Судя по всему, пишет современный исследователь, В.С. Арсеньев, протоиерей С. Соколов, Д.И. Попов, С.С. Ланской, Д.Ф. и Ф.А. Голубинские, А. Григорьев, граф М.В. Толстой, генерал-майор П.А. Болотов, В.А. Жуковский, А.Н. Пыпин и ряд других известных лиц принадлежали к одному и тому же масонскому кругу, хотя и не все из них были москвичами53. *
Свое масонское общественно-политическое лицо эти люди проявляли в николаевское царствование в активном участии в различного рода секретных комитетах по крестьянскому делу и разработке планов либеральных преобразований в России, чем, несомненно, способствовали приближению эпохи так называемых «великих реформ». «В английской франкмасонской литера-
туре, — отмечал в своей записке по истории масонства в России ЛЛ Кандауров, — имеется указание на то, что с 1856 по 1863 год русское правительство не преследовало существовавших тогда в России лож, может, благодаря тому, что император Александр II был, кажется, посвящен в одной из английских лож в молодости. Не преследовало, но отнюдь не поощряло. Есть сведения, что в эти годы были возобновлены работы новиковской ложи «Нептун» в Санкт-Петербурге, где тогда и были посвящены известный историк русского франкмасонства А.Н. Пыпин и П. Беклемишев, впоследствии руководивший ложей «Карма» в Петрограде»54.
Масонство, отмечал князь П.В. Долгоруков, превратилось в эти годы «в общество взаимного вспомоществования и поддержки взаимной; богатые люди щедро помогали бедным. Люди влиятельные, сильные, имеющие связи, усердно покровительствовали своим собратьям». Любопытное описание масонских лож этой поры читатель найдет в известном романе А.Ф. Писемского «Масоны» (СПб., 1880). Тайную масонскую ложу в Москве возглавлял вплоть до начала 1860-х годов Сергей Павлович Фонвизин. Начальником петербургских братьев был Сергей Степанович Ланской55. Ленивый, бестолковый и беспечный, он ничего не делал по своей должности, но благодаря обширным масонским связям дошел в 1855 году до должности министра внутренних дел.