Тем временем события 9 января 1905 года и неудачи русско-японской войны привели к тому, что общественно-политический кризис в стране стал перерастать в революцию. 18 января 1905 года Николай II вынужден был принять принципиальное решение о созыве «законосовещательного учреждения». Конечно, среди революционеров и забастовщиков масонов не было, но в стороне от происходивших событий они не остались. Еще в мае 1905 года Совет Закона Великого Востока Франции принял решение объединить всех русских братьев в одну общую для них ло-
он, — как феномен более высокой цивилизации установит свой моральный контроль над русской революцией и сыграет положительную роль в становлении будущей республиканской России»26. Как видим, планы у наших масонов были, можно сказать, наполеоновские.
11 января 1906 года М.М. Ковалевский направил официальное письмо председателю Совета Закона Великого Востока Франции с просьбой о делегировании его в Россию для открытия там регулярных масонских лож27. Правда, сам М.М. Ковалевский, как мы уже знаем, давно и прочно был связан не с Великим Востоком, а с другой масонской ассоциацией тогдашней Франции — союзом Великой ложи Франции и даже имел здесь 18-ю степень Древнего и принятого шотландского устава. Причинами, побудившими его обратиться к другому масонскому послушанию, были, с одной стороны, относительная простота обрядности в ложах Великого Востока, а с другой — его принципиальная установка на активное участие в политической жизни страны, борьбе за демократию, что, конечно же, не могло не импонировать М.М. Ковалевскому и его русским «братьям».
Нельзя сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что среди масонских ассоциаций Французской Республики наиболее авторитетной и богатой в это время как раз и был Великий Восток, число членов которого доходило до 30 тысяч человек. В одном только Париже у него было не менее 60 лож28. Широко были представлены масоны Великого Востока Франции и в парламенте. Что касается Великой ложи Франции, то она была менее влиятельна (в Париже у нее было всего 33 братства)29. Русские же «братья», можно сказать, все как один были устремлены в политику. Тот же М.М. Ковалевский, помимо забот об организации первых масонских лож в России, не забывал в то же время и о собственном партийном строительстве, подвизаясь еще и в качестве лидера партии Демократических реформ (учреждена в декабре 1905 года). Видную роль в этой партии, помимо самого М.М. Ковалевского, играли также А.С. Посников и К.К. Арсеньев. Политическая ниша, которую заняла эта партия, была где-то между октябристами и кадетами30.
Но возвратимся к письму М.М. Ковалевского в Совет Великого Востока Франции с просьбой, наряду с перенесением в Россию из Франции деятельности ложи «Космос» (27 апреля 1906 года уже в Петербурге в ней был посвящен князь Давид Бебутов), еще и о разрешении ему учреждения здесь новых так называемых временных лож этой ассоциации. Дело в том, что именно масонство с его четко отлаженной структурой и прочными зарубежными связями представлялось М.М. Ковалевскому и его товарищам наиболее действенным средством в борьбе с самодержавием. Еще в 1904 году, вспоминал И.В. Гессен, он как-то зашел вместе с князем Д. Шаховским к только что прибывшему
из-за границы Ковалевскому и был поражен тем, что, едва успев поздороваться, тот сразу же стал доказывать ему, что «только масонство может победить самодержавие». «Он положительно напоминал комиссионера, который является, чтобы сбыть продаваемый товар», — язвительно заметил по этому поводу И. В. Гессен31. Заслуживает в связи с этим внимания и другое высказывание М.М. Ковалевского, на этот раз в разговоре с П.Н. Милюковым, где он призывал его не упускать шанса использования «векового опыта масонства в организационной работе и в получении международной поддержки русскому либеральному движению»32.
Тем временем при посредничестве издателя масонского журнала «Акация» Ш.Лимузена, разрешение на открытие масонских лож от Великого Востока Франции было наконец получено. А вслед за этим уже 15/28 ноября 1906 года в Москве состоялось и открытие первой в XX веке русской масонской ложи — «Возрождение». Открыта она была, и это стоит подчеркнуть, все-таки как временная ложа — обычный путь становления первых масонских лож в той или иной стране. В качестве членов-основателей «Возрождения» выступили уже известные нам «братья» Максим Ковалевский, Николай Баженов, Василий Маклаков, Сергей Котляревский, Василий Немирович-Данченко, Евгений Аничков, Иван Лорис-Меликов, Евгений де Роберти и Юрий Гамбаров — всего 9 человек. Протокол собрания (опубликован в 1966 году Борисом Элькиным33) подписали: Баженов, Немирович-Данченко, Котляревский, Маклаков, Аничков, Ковалевский и Лорис-Меликов. Они и образовали первый состав членов этой ложи34. Председателем ложи стал Н. Баженов, первым наблюдателем — В. Маклаков, вторым наблюдателем — Е. Аничков, оратором С. Котляревский, секретарем — В. Немирович-Данченко. Общее число членов ложи за 1906-й — февраль 1910 года составило 25 человек35. Можно, таким образом, констатировать, что с 15 ноября 1906 года русское масонство вступило в принципиально новый этап своей деятельности — организационного оформления своих лож непосредственно на территории России.