Уяснив наконец, что никакая конструктивная работа с откровенно настроенными на продолжение революции в стране «думцами» невозможна, правительство вынуждено было 9 июля 1906 года распустить Думу и объявить новые выборы. Однако и они не оправдали ожиданий правительства. По большому счету, II Государственная дума (20 февраля — 2 июня 1907 года) оказалась еще более левой, чем I. Крупнейшими фракциями в ней были трудовики, кадеты и социал-демократы. Правда масонов среди них было всего 8 человек: А.А. Булат, Ф.А. Головин,
В.Д. Кузьмин-Караваев, В.А. Маклаков, А. Шингарев, А.А. Демьянов, О .Я. Пергамент и К.К. Черносвитов. Из них В.Д. Кузьмин-Караваев представлял партию Демократических реформ, а
А.А. Булат примыкал к Трудовой группе. Остальные 6 депута-тов-масонов были кадетами55. Восемь человек — из 518 депутатов. Это, казалось бы, совсем немного. Но именно из их числа был избран председатель Государственной думы. Им стал земский деятель и масон Ф.А. Головин.
Благодаря усилиям «леваков» II Государственная дума больше напоминала антиправительственный митинг, чем серьезное законодательное учреждение. Не были настроены на взаимодействие с правительством и депутаты-масоны, думские выступления которых носили поджигательский, конфронтационный по отношению к властям характер. «Вы расстреливаете не несчастных людей, не случайные жертвы, не отдельных озлобленных несчастных. Ваши пули — стреляли в совесть русского народа», — витийствовал на думской трибуне масон В.А. Маклаков. Когда же депутаты-монархисты резонно напомнили ему о терроре подпольщиков-революционеров, В.А. Маклаков, не моргнув глазом, заявил, что «ужасы легального убийства превосходят все эксцессы революционного террора». «Рекорд по части забвения человеческой природы власть побила над революцией», — заявил он. II Государственная дума просуществовала всего 102 дня и уже 3 июня 1907 года повторила участь I Думы.
Плачевный опыт неудачного взаимодействия с «народными избранниками» в I и II Государственных думах кое-чему нау-чил-таки правительство. Обнародованный 3 июня 1907 года но-
вый избирательный закон положил заслон беспрепятственному проникновению радикалов в будущую III Государственную думу, начавшую свою работу 1 ноября 1907 года. Левые партии были в ней уже в явном меньшинстве. Из масонов в нее прошло всего И человек: А.А. Булат, Ф.А. Головин, А.М. Колюбакин,
В.А. Маклаков, Н.В. Некрасов, А.И. Шингарев, Г.Р. Килевейн, О .Я. Пергамент, Н.С. Розанов, В.А. Степанов, К.К.Черносвитов56. Что касается популярности, то вне всякой конкуренции среди думских ораторов был, несомненно, в это время В.А. Маклаков, не раз срывавший во время своих ярких зажигательных выступлений бурные аплодисменты. В.А. Маклаков специализировался на вопросах национального и гражданского равноправия, судебной реформы. Другой думский оратор-масон А.И. Шингарев выступал по вопросам бюджета, финансов и местного самоуправления. Он яростно протестовал против правительственных попыток урезать расходы на образование. «Мы сотни миллионов тратим на оборону, — демагогически восклицал А.И. Шингарев, — и забываем, что основа страны заключается в культуре, что голодный, необеспеченный учитель не может быть созидателем хорошей культуры. Обеспечьте сначала учителя, дайте деревне хорошего учителя, и вы поднимете культуру страны!»57 Естественно, что коллеги А.И. Шингарева по масонской ложе были полностью солидарны со своим «братом».
Подводя итог думской деятельности масонов в период 1906—1910 гг., отметим, что общее число их среди членов Государственной думы всех трех созывов едва ли превысило три десятка человек. «Думские выступления «детей вдовы», — отмечает специально исследовавший этот сюжет историк С.П. Карпачев, — были проникнуты чувством государственной ответственности, демократизма и гуманизма, стремлением сделать русское государство более цивилизованным, приблизить его к более высоким мировым образцам»5*. Что касается стремления масонов-думцев приблизить русское государство к мировым образцам — тут спору нет. Но что касается чувства государственной ответственности, которым якобы были проникнуты их выступления, то здесь можно поспорить. С нашей точки зрения именно как раз чувства государственной ответственности и не хватало нашим «братьям»-масонам. Зато демагогии и политиканства в их выступлениях было хоть отбавляй.