Сидамон-Эристовым (исключен в 1912 году ввиду подозрений в связи с азефовщиной). Меньшевики и близкие к ним группы имели Чхеидзе, Гегечкори, Чхенкели, Прокоповича, Кускову. Среди конституционных демократов были: Некрасов Н.В., Колюбакин А.М., Степанов В.А., Волков Н.К. и много других. Среди прогрессистов отмечу: Ефремова И.Н., Коновалова А.И., Орлова-Давыдова А.А., Коробку Н.И. Особенно была сильна организация на Украине, где ее возглавлял барон Ф.Р. Штейнгель, — Д.Н. Григорович-Барский, Василенко Н. П., Писаржевский М.В. и ряд других крупных имен до Грушевского включительно»в. Все это представители левого крыла политического спектра дореволюционной России.
В начале 1914 года при посредстве А.И. Коновалова были проведены предварительные переговоры с двумя представителями большевистского крыла РСДРП И.И. Скворцовым-Степановым и Г.И. Петровским на предмет координации усилий в борьбе с самодержавием. Левый крен Великого Востока народов России очевиден. Отсюда и «боевая политическая задача», которую ставили перед собой в это время «братья-масоны»: «бороться за освобождение Родины и закрепление этого освобождения», или, говоря другими словами, бороться за власть и ее удержание1. Что собой будет представлять «освобожденная Россия», этого сказать заранее не мог, конечно, никто. Но общая установка масонов в отношении своей Родины заключалась в создании на месте России или того, что от нее после «освобождения» останется, буржуазно-демократической федеративной республики.
Специально для привлечения в орден талантливых писателей и журналистов левой ориентации зимой 1914 года учреждается т.н. «Литературная ложа». Одним из первых ее членов стал известный историк церкви — кадет А.В. Карташев (1875—1960), подвизавшийся в это время в качестве сотрудника Императорской Публичной библиотеки. Помимо него в ложу входили также С.Д. Мстиславский, А.А. Мейер, В.Я. Богучарский, А.Я. Галь-перн и ряд других лиц. В планах Верховного совета было привлечь в Литературную ложу известного меньшевика А.И. Потре-сова и известного журналиста Канторовича из газеты «День». Впрочем, «братья» побуждали работать на общее масонское дело не только записных масонов, но и лиц, формально в ложах не состоявших, но духовно, идейно к ним весьма близких, как, на-Шример, журналиста А.М. Клячко (Львова), печатавшегося в газете «Речь».
' Заинтересованные в «уловлении» в свои сети определенных Шц из среды творческой интеллигенции, не брезговали «братья» |И созданием лож по принципу полезности тех или иных лиц для Масонского дела. К числу именно таких лож смело можно отне-ложу для З.Н. Гиппиус и Д.С. Мережковского, куда, помимо J&Hx, вошли еще А.Я. Гальперн, А.В. Карташов, А.А. Мейер, IJH.B. Некрасов, А.Ф. Керенский. Это позволило масонам приоб-
рести влияние на петербургское Религиозно-философское общество. Масонское влияние на Техническое и Вольное экономическое общества обеспечивалось путем создания специальной ложи для Е.Д. Кусковой и С.Н. Прокоповича, входившей ранее в Великий Восток Франции (В.Я. Богучарский, В.В. Хижняков, Е.Д. Кускова).
В женскую ложу Е.Д. Кусковой входила, в частности, первая жена Максима Горького Е.Д. Пешкова. Что касается масонства самого писателя, то документальных данных, подтверждающих эту версию, у нас нет. Хотя на его портрете (1926 год, Сорренто) работы художника Б. Григорьева он и изображен в позе, воспроизводящей ритуальный жест вольного каменщика. В пользу этого предположения говорит и намерение наших эмигрантов первых послереволюционных лет назвать одну из парижских русско-французских лож «Дидро-Горький»8.
Примерно в это же время (зима 1913/14 г.) было положено начало и Военной ложе Великого Востока народов России. Организатором ее стал полковник Генерального штаба эсер С.Д. Мстиславский (Масловский). Кроме него, сюда входили генерал А.А. Свечин, А.А. Орлов-Давыдов, полковник В.В. Теплов и ряд неизвестных нам офицеров, пишет проф. В.И. Старцев9. К «неизвестным» офицерам В.И. Старцев относит, очевидно, таких известных генералов, как В.И. Гурко, П.А. Половцева, М.В. Алексеева, Н.В.Рузского и полковника А.М. Крымова, привлеченных в 1916 году масонами к подготовке дворцового переворота10.
Правда, А.И. Серков, без указания на источник, отмечает, что с началом Первой мировой войны ложа эта якобы прекратила свое существование11. Однако едва ли это было так. Во всяком случае, тот же А.И. Серков вынужден отметить существование в годы войны еще одной Военной ложи, в частности, на Юго-Западном фронте, под руководством московского масонского центра12.