Как бы то ни было, в результате ряда организованных единым масонским центром совещаний оппозиционных деятелей был разработан общий план захвата царского поезда во время одной из поездок Николая II из Петербурга в Ставку или обратно. Арестовав царя, предполагалось тут же принудить его к отречению от престола в пользу царевича Алексея при регентстве Михаила Александровича и введению в стране конституционного строя15.
Роль первой скрипки, как уже отмечалось, играл на этих переговорах лидер октябристов А.И. Гучков. Следует в связи с этим подчеркнуть, что имеющиеся в литературе указания на его принадлежность к масонству абсолютно верны. А.И. Гучков был принят в масонскую ложу еще 1913 году. Решительное же отрицание этого факта самими масонами объясняется последующей «радиацией» А.И. Гучкова в 1920 году16, т.е. исключением из масонства — процедура, требующая от «братьев» безусловного отрицания какой-либо принадлежности исключенного к братству. То, что А.И. Гучков и некоторые другие октябристы были посвящены в масонство, — очевидно. Организовать широкий антиправительственный блок в Думе с последующим прицелом .на взятие власти одним кадетам без их поддержки нечего было и думать. А ведь именно ради этого — взятия власти и создавалась организация политического масонства в России.
Другое дело, что афишировать посвящение некоторых видных октябристов в масонство даже в узком братском кругу никто, похоже не собирался, и знали о нем немногие.
Что же касается самой политической атмосферы той поры, то о грядущем перевороте говорили уже не таясь. Как-то в 1916 году известный масон А.В.Оболенский разговорился со своим знакомым из евреев — служащим Сибирского торгового банка, и тот взял да и рассказал ему о подготовке в Петербурге заговора против царя. Так случилось, что, оказавшись вскоре у лидера
октябристов А.И. Гучкова, А.В. Оболенский решил проверить у него справедливость услышанного. «Удивленный подробностями— пишет он, — моего рассказа, особенно о дне восстания, Гучков вдруг начал меня посвящать во все детали заговора и называть его главных участников... Я понял, что попал в самое гнездо заговора. Председатель Думы Родзянко, Гучков и Алексеев были во главе его. Принимали участие в нем и другие лица, как генерал Рузский, и даже знал о нем А.А. Столыпин (брат Петра Аркадьевича)... Англия была вместе с заговорщиками. Английский посол сэр Бьюкенен принимал участие в этом движении, многие совещания проходили у него»17. Однако главную ставку масонские заговорщики делали все же на армию. «Незадолго до Февральской революции, — отмечал Н.В. Некрасов в своих показаниях в НКВД СССР от 13 июля 1939 года, — начались и росли связи с военными кругами. Была нащупана группа оппозиционных царскому правительству генералов и офицеров, сплотившихся вокруг А.И. Гучкова (Крымов, Маниковский и ряд других) — и с нею завязалась организационная связь»18. Готовилась и специальная группа в селе Медведь, где стояли запасные воинские части. Она-то, судя по всему, должна была сыграть решающую роль в аресте царя.
Что касается нащупанной масонами группы оппозиционных царскому правительству генералов и офицеров, то не приходится сомневаться, что речь здесь идет о вовлечении их в уже упоминавшуюся нами Военную ложу. «Есть упоминания о создании в Петрограде Военной ложи с участием А.И. Гучкова, В.И. Гурко,
A. А. Половцева и еще человек десяти высокопоставленных военных чинов», — отмечает историк О.Ф. Соловьев19. Среди этих «человек десяти» высокопоставленных чинов, тайно посвященных через А.И. Гучкова в масонство, можно отметить уже упоминавшихся нами ранее М.В. Алексеева, Н.В. Рузского, А.М. Крымова,
B. В. Теплова20.
«Гучков, — пишет в связи с этим Л.П. Замойский, — втянул в Военную ложу генералов Алексеева, Рузского, Крымова, Теплова. В их намерения входило убрать Распутина, заточить царицу, заставить монарха отречься, а на престол возвести его брата Михаила. Себя они мнили регентами при новом государе, а в диктаторы хотели назначить генерала Алексеева. К ним примыкали князь Львов, генерал Ломоносов. Симпатизировал планам отстранения царя и Брусилов»21.