47 Дневники императора Николая II. М., 1991. С. 625.
48 Свитков Н. Масонство в русской эмиграции (к 1 января 1932 года). Составлено на основании масонских документов. Париж, 1932. С. 18.
49 Серков А.И. История русского масонства 1845-1945. СПб.,
1997. С. 2.
50 Отречение Николая II. Воспоминания очевидцев. Документы. М., 1998. С. 65-72.
51 Сафонов М.М. Кругом измена, трусость и обман //Диван.
1998. №2. С. 11.
52 Сол о не вич И. Наша страна. XX век. М., 2001. С. 198.
53 Шульгин В.В. Дни. М., 1990. С. 272-274.
54 Старцев В.И. Русское политическое масонство начала XX века. СПб., 1996. С. 150.
55 Из следственных дел Н.В. Некрасова 1921, 1931 и 1939 гг. // Вопросы истории. 1998. № 11—12. С. 39.
56 Там же. С. 20.
57 Национальная политика России и современность. Отв. ред. В.А. Михайлов. М., 1997. С. 255.
Глава 16
МАСОНЫ У ВЛАСТИ:
ВЕРХОВНЫЙ СОВЕТ ВЕЛИКОГО ВОСТОКА НАРОДОВ РОССИИ И ВРЕМЕННОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО (МАРТ-ОКТЯБРЬ 1917)
«Русские политические масоны, — пишет проф. В. И. Старцев, — сыграли большую роль в усилении революционной ситуации в конце 1916-го — начале 1917 г.; первыми воспользовались результатом стихийного восстания 27 февраля 1917 года. Восемь месяцев после Февральской революции — это период наибольшего влияния в России тайного политического союза. Во Временном правительстве численность политических масонов непрерывно возрастала»1.
О том как умело и грамотно воспользовались масоны результатом стихийного восстания 27 февраля 1917 года для захвата власти, мы уже знаем. Что касается Временного правительства, то его формирование не заняло у них много времени. Ведь предварительный состав его был обговорен еще в 1916 году на совещании представителей оппозиционных думских фракций в номере Г.Е. Львова в петербургской гостинице «Астория»2 и опубликовался в московской газете «Утро России» П.П. Рябу-шинского 13 августа 1915 года. Всего же «общественностью» в 1915—1916 гг. было составлено 6 списков кандидатов в будущее демократическое правительство3. Окончательный же вариант распределения министерских портфелей был обсужден в ночь на 2 марта 1917 года, получив полное одобрение на совместном заседании делегаций Петроградского Совета и Временного комитета Государственной думы. Из принципиально новых лиц здесь фигурировал, пожалуй, только А.Ф. Керенский. 2 марта 1917 года Петроградский Совет выразил официальную поддержку правительству в его шагах, направленных на борьбу с контрреволюцией и усилия по демократизации общественной жизни в стране.
Сам механизм формирования Временного правительства и характер масонского участия в этом процессе хорошо показал Л.Д. Кандауров. Перед Февральской революцией, свидетельствует он, «Верховный совет поручил ложам составить список лиц, годных для новой администрации, и назначил в Петрограде на случай волнений сборные места для членов лож. Все было в точности исполнено, и революционными движениями без ведома их руководителей руководили члены лож и сочувствовавшие. Многие из первых вошли в состав министерства князя Львова и Керенского (в последнем все министры были членами лож); многие заняли места комиссаров Временного правительства»*. Правда, профессор
В. И. Старцев утверждает, что в первом составе Временного правительства было всего три министра-масона: министр путей сообщения Н.В. Некрасов, министр торговли и промышленности Л.И. Коновалов и министр юстиции Л.Ф. Керенский5. Исследователь при этом ссылается на показания бывшего генсека Верховного совета Великого Востока народов России Н.В. Некрасова в ОГПУ 1939 года. «Показательно, — отмечал он, — что в составе первого Временного правительства оказалось три масона: Керенский, Некрасов и Коновалов. Л вообще на формирование правительства масоны оказали большое влияние, так как масоны оказались во всех организациях, участвовавших в формировании правительства»6. Что это были за организации, мы уже знаем — Временный комитет Государственной думы и Петроградский Совет. Но слишком доверять Н.В. Некрасову нельзя, ибо помимо названных им трех «братьев» в составе первого правительства имелся еще один явный масон — министр земледелия Л.И. Шингарев. Правда, как масон Великого Востока Франции, официально в ложи Великого Востока народов России он не входил. Но суть дела от этого не меняется. Пятым несомненным масоном в первом составе Временного правительства был М.И. Терещенко (об этом свидетельствовал Е.П. Гегечкори). Во всяком случае, такой авторитетный исследователь, как Людвик Хасс, в масонстве М.И. Терещенко нисколько не сомневался1. Однако В.И. Старцев стоит на своем. «Только Гегечкори считает его масоном. Все остальные свидетельства принадлежат не масонам или антимасонам», — замечает он%. Согласиться с такого рода источниковедческим изыском, когда окончательный вердикт выносится с оглядкой на свидетельства самих масонов, нельзя. Отказывается признать масоном В.И. Старцев и главу Временного правительства, близкого к кадетам князя Г.Е. Львова. С ним решительно не согласен, однако, московский профессор О.Ф. Соловьев. Князь Г.Е. Львов ко времени назначения его главой правительства был несомненным масоном9, считает он.