- Ох, обиженный кореец вспомнил времена угнетения? Ты знаешь, что почти со стопроцентной вероятностью ты потомок моих предков? – Синдзи слегка поддел Джаспера.
- Ой! Вы еще за дома утешения ответите! – Проворчал в ответ кореец. – Ладно, пошли испытывать эту хуйню. Уверен, что кто-то сегодня сдохнет. Надеюсь, что это будешь ты, славный потомок креативных самоубийц.
Синдзи улыбнулся, понимая, что Джасперу в целом плевать на историю, просто тот всегда начинал ворчать по любому поводу, как только его отвлекали от его любимого времяпровождения в сети.
Выйдя из оружейной, они отправились в сторону трюма корабля. Синдзи с интересом смотрел на ожившие коридоры крейсера, где тут и там ходили озадаченные молодые техники, а над ними раздавались крики нового главы технической службы. Эта атмосфера напомнила ему о временах, когда Светила еще не превратились в кучу мясников.
Ему теперь нравилось находиться в трюме, где постоянно происходила суета. Бойцы готовились, тренировались, спорили и ругались. Наверное, такой душевной атмосферы не было даже во времена Заида.
Вскоре перед ними открылся широкий трюм, внутри которого носились бойцы в полной экипировке, которые отрабатывали тактическую подготовку. Шум, гам, крики, команды превратились в непрерывную какофонию, посреди которой стояли Виктор, Бато, Морган и Пластик.
С краю носились новобранцы с Калестона, которых Игнис гонял так, что даже Синдзи порой жалел бедолаг. Поучаствовав лично в сумасшедших тренировках бывшего алкаша, он понял, что не хотел бы оказаться на их месте. Но что интересно, Святоша и Лип превратились в своеобразных заместителей психопата, и при этом они выполняли все требования наравне с остальными. Даже Боб участвовал в этих тренировках, за последние дни став походить на совершенно другого человека.
Они как раз подошли к моменту окончания очередной лекции, сдобренной матами и нецензурными сравнениями. Аид и Бато стояли в отдалении, слушая, о чем в очередной раз рассказывает Гроб.
Что интересно, российский азиат в основном молчал, лишь иногда вставляя редкие фразы. Синдзи нравилась манера бывшего полковника чаще молчать и говорить по делу. Да и мысли тот, как правило, озвучивал верные. Чувствовалась в нем жилка понимающего в боях ветерана, причем системная, а не хаотичная, как у них самих.
- Аид. – Обратился к командиру Синдзи и передал крюк-кошку. – Вроде как готово, проверить бы.
Виктор принял изделие и покачав его в руке, натянул на руку. Несколько минут он разбирался с настройками омни-тула, а также надел свои фирменные розовые очки.
- На первый взгляд неплохо. – Наконец кивнул Виктор. – Спасибо, Синдзи.
- А я? – Ревниво проворчал Диктатор. – Сидишь тут, блядь, занимаешься, думаешь! А в итоге спасибо, Синдзи?!
- Синдзи я похвалил за эргономику. – Улыбнулся беловолосый. – Вот проверю, что он работает как надо, тогда и тебя поблагодарю. Не ной, Джаспер.
***
Бато с интересом смотрел, как Виктор готовится к испытанию крюка-кошки. Он был без брони и экипировки, отчего в мысли полковника закрадывались сомнения о безопасности этих испытаний. Он не любил нарушений техники безопасности, которая постоянно забирала жизни и здоровье людей, бывало даже на совершенно ровном месте.
Выстрел крюка произошел тихо, почти беззвучно, а в следующий момент Виктор уже пролетел к высокому потолку, где почти моментально закрепился. Но он не стал сидеть там, а сразу же выстрелил в сторону боковой стены, отчего тенью пронесся по залу, закрепляясь на новой поверхности.
- Ну нихуя, он летает… - Покачал головой кореец, пока Бато внимательно оценивал пластику движений, которая явно свидетельствовала о большом опыте. – Я, оказывается, пиздец красавчик, смог такую лабуду на ровном месте придумать!
- От скромности ни один кореец не умрет. – Усмехнулся японец.
- Не пизди, я гений, а ты посредственность. – Фыркнул Джаспер.
Виктор тем временем спустился, с задумчивым видом качая в руке приспособлении, пока весь личный состав с интересом смотрел на руку Виктора.
- Неплохо, Джаспер. – Кивнул Виктор. – По-моему, чувствительность завышена, неопытным будет сложнее его освоить, поэтому слегка продумай этот момент.