Бойцы стали дружно кивать, и обсуждение приняло горячий оборот. Каждая деталь подвергалась обсуждению. Но разговоры сами собой стали стихать, когда речь зашла о японцах и этом странном корабле из костей.
– Выглядят как покойники. – Десантник перекрестился. – У мужиков кожа как наждачка. Бабы белые, как смерть. И детки совсем... пиздец. И десны у всех от цинги убитые. Не думал, что в колониях такое говнище.
– Эти еще молодцы. Держатся. – Невесело вздохнул Ковыль. – Так-то вещи и похуже случаются. Колонии, бывает, подчистую увозят на рабские рынки. Иной раз нам везло таких перехватывать. Один раз даже накрыли базу. После этого я едва не окочурился.
Десантники стали задавать вопросы, но Артем поднялся, махнув рукой. Пускай переварят хотя бы этот бой. А потом он подготовит их к тому, что они скорее всего увидят в ближайшем будущем.
Он прошел на выход, качаясь от постоянно ходящей под ногами палубы. Ощущать себя внутри скелета было очень странно. Он слегка поморщился от прелого запаха вездесущих тухлых водорослей и рыбы. Никогда ее не любил.
Все полсотни бойцов разместили на специальной палубе, с крупными помещениями. Он вошел в одно из них, заметив, как с краю работал врач Аида, Док. К нему выстроилась очередь из местных колонистов, точнее, их детей.
Дальше разместилась сборная солянка из различных групп военных, которые на верстаках приводили оружие в порядок, среди которых были и его ребята дроноводы. А еще выделялся монгол. Он возвышался над всеми, даже склонившись над верстаком. Рядом с ним почему-то встала девушка с наполовину седыми волосами. Бледная, как и все вокруг, со светло-карими глазами. Наверное, ее можно было бы описать красивой, если бы не бледнота и седина. И кровавые десны, которые обнажились при улыбке.
Он подошел к соседнему верстаку, установив в него наруч с крюком-кошкой, невольно прислушавшись к диалогу. Девушка о чем-то оживленно щебетала, пока здоровенный монгол устало кивал, бросая на нее раздраженные взгляды. Но та будто не замечала, продолжая постоянно спрашивать его, а тот в ответ максимум кивал.
Ковыль, вздохнув, принялся дорабатывать свою крюк-кошку. Изначально он был скептично настроен к этому инструменту, из-за чего пострадала эффективность в городе. Но сейчас он подошел к делу более тщательно. Она уже спасла ему жизнь, и дала неплохую мобильность в Икаре.
– Аид вызывает. – Раздался позади голос ронина. – Просит вас, Ковыль-сан, и вас, Гора-сан.
Переглянувшись, они пошли вслед за ронином, пока позади Тема услышал грустный вздох девушки. Он посмотрел на невозмутимого монгола, и спросил.
- Влюбилась что ли? Чего она к тебе липнет?
Монгол не ответил, пожав плечами.
***
– Так как ты меня нашла? – Спросил Синдзи, вернувшись к ремонту, пока Саюри присела на корточки рядом.
– Юичи рассказал. – Непосредственно ответила она, отчего Синдзи закатил глаза. – Но я никак не могла тебя найти. Ты вечно куда-то пропадал, еще и твое дурацкое ведро на голове. Помог твой друг, Фудзи-сан.
Синдзи обернулся на родственницу, пытаясь понять, что за друг Фудзи. И спустя несколько мгновений до него наконец дошло.
– Гора? Он рассказал тебе так просто? – Озадаченно посмотрел в непосредственные желтые глаза.
– Ну, как просто... – Слегка сконфуженно передернулась она. – Сначала он меня вообще не замечал. Не отвечал, даже когда я залезла на него. Ох и здоровый он... и где таких выращивают? Из пробирки выпускают, что ли?
На последних словах она развела руки в стороны, показывая, насколько крупным был монгол. Но Синдзи сомневался, что тот сам решил все рассказать. Из него редко можно было вытянуть слова даже Моргану. Куда проще было вывести его из себя. Некстати вспомнился полет Боба через весь трюм, когда он парой слов вывел из себя Очира.
– Будь с ним аккуратнее. – На всякий случай попросил Синдзи.
– Да я и так с ним ласково. – Пробурчала она. – Правда, он слегка странный. Мне показалось, что он готов был меня ударить. У него с головой не все в порядке?
– Да. У всех моих соратников не все в порядке. А у него особенно сильно. – Вздохнул Синдзи. – Поэтому, Саюри-тян, будь с ним аккуратнее. У него недавно погибла вся семья, и поэтому он слегка нестабильный. Настолько, что недавно убил крогана в рукопашную.
– Ого! – С придыханием ответила она, а потом опомнилась. – Так вот почему...
Синдзи не стал допытываться, к какой мысли она пришла. Вместо этого он сосредоточился на ремонте, стараясь отвлечься от тяжких дум. Он ничего не стал рассказывать о судьбе Мияко, а та не стала допытываться. Будто они оба чувствовали, что правда слишком тяжела для того, чтобы рассказать об этом.