– Быстрее, ускоглазая хуйня! Видишь, я с одной рукой лучше тебя справляюсь! Кидай видосы на общую папку, потом прогоним через программу!
– Я не хуйня. Я программист. — Послышался флегматичный ответ.
– Это я программист, а ты хуйня с задатками нажимать кнопки.
Джаспер явно находился в рабочем процессе, но увидеть объект его ругани все равно оказалось сюрпризом. Тот самый китаец, которого они захватили на Калестоне вместе с Дай Лингом, сейчас вместе с Диктатором взламывал целую кучу омни-тулов.
– Что за херня происходит? — Протянул озадаченный Синдзи.
– А ты чат команды не читал? — Сосредоточенный Джаспер даже не поднял глаз. — Скоро будет подведение итогов. И Виктор хочет сделать объявление.
– Объявление? Виктор? Перед толпой? — Синдзи почесал голову, пытаясь осознать сказанное.
Виктор был кем угодно, но желания произносить речи он за ним не замечал. Он всегда говорил тихо, спокойно, без лозунгов, и Синдзи не мог вспомнить ни одного эпизода, когда тот громко кричал.
– Ага. — Продолжил Джаспер, ожесточенно набирая комбинации одной рукой, как и его китайский визави. — Я так понял, он собирается трахнуть пленников. Попросил собрать как можно больше компромата. Типа видео, фоток всего их беспредела. Короче, что-то типа концерта, чтоб неженкам из твоих земляков и русских было легче пристрелить этих мудаков.
Синдзи ошеломленно покачал головой. Методы вербовки и мотивации у Виктора всегда отличались изобретательностью. На этой мысли он услышал громоподобный чих Моргана.
– Что-нибудь про моих земляков нашли? — Спросил он.
– Не так много, на самом деле. — Вздохнул Джаспер, откинувшись на подушку кушетки.
– Принимай. — Синдзи с внутренним трепетом отправил видео, которые хранил долгие годы. — Это должно произвести на ронинов должное впечатление.
***
Бато поморщился, получив новый приказ Виктора. Все войска должны были спуститься на планету. Весь личный состав всей организации. От техников до солдат. Даже ронины будут присутствовать.
Он вышел из Перебежчика, наблюдая, как ронины сортируют пленников в разные стороны. Бато приказал своим людям заняться делами, которых было немало, но участвовать в этом процессе. Еще палачами им стать не хватало.
Группа Ковыля понесла значительные потери, и из тридцати десантников в живых осталось половина. А еще было немало потерь в абордажном бою на крейсере Светил. Целый взвод. И это было очень немало, учитывая, что воевали они в основном против технического персонала корабля и небольшой группы наемников при биотике.
Полсотни человек за первую же операцию. Звучало жестко, и давало четкое понимание, что он на настоящей войне. А ведь кроме его подчиненных были ронины, которые понесли примерно такие же потери.
Бато огляделся по сторонам, вспомнив про подчиненных Игниса. Его взгляд тут же наткнулся на троицу бойцов, рядом с которыми крутился кроган. Было десять, стало три. Учитывая тактику Мясника, неудивительно. Но чертовски жутко.
– Тащ полковник. — Рядом раздался голос Ковыля.
– Здравствуй, Артем, Кощей. — Бато кивнул своим подчиненным. — Ну, как ты? Башка прошла? Не болит?
– Было бы чему! Так утонуть среди океана еще никто не пытался. — Хохотнул Кощей, а Ковыль поморщился.
– Не трави душу, а? — Проворчал Ковыль. — Я нормально. Жив, здоров.
– Это хорошо. — Бато кивнул. — Готовьте своих. Скоро прибудут остальные с орбиты.
– А типа нахуя? — Спросил Кощей, принявшись ковыряться в носу.
– Типа выполняй, а не спрашивай! — Рявкнул Бато. — Бегом, нахуй! Пока я не нашел, к чему доебаться! Расслабила вас гражданка, что с полканом как с бабой на дискотеке общаетесь. Дебилы, бля...
Ребят как ветром сдуло, а он остался в одиночестве. Даже Чень куда-то ушел.
Бато хмуро смотрел на передвижения множества бойцов. Семисот опытных бойцов выстраивались на набережной, пока в центре стояло порядка сотни пленников с крестами на лицах. Другая часть пленников встала на краю, под бдительной охраной японцев. С другой стороны набережной высаживались техники.
В мыслях царил сумбур, пока он пытался собрать воедино все, что знал о Викторе. Бато поморщился, поняв, что крупно объебался. Он считал, что знал этого человека и даже понимал его. Но сейчас... сейчас он понял, что был идиотом. И признаваться в собственном промахе было горько и обидно.
Он думал, что Виктор – реалист, такой же, как и Бато. Да, немного более авантюрный, но понятный. А он оказался кровавым маньяком. И плевать ему было на пиратов и наемников вместе взятых. Пускай бы хоть всех расстрелял. Но нет, он полез в высокие материи, решая, кому жить, а кому умереть, основываясь на каких-то своих принципах. И это пугало. До чертиков. Слишком уж сильно это походило на сумасшествие и ощущение собственного могущества. И Бато приходилось срочно передумывать свои планы. Радикально передумывать. Ставить на столь нестабильного человека в условиях сложнейшей операции было глупо. По крайней мере, в долгосрочной перспективе. Еще и как-то увязывать всю эту ситуацию с Бугром...