– И что это поменяет? Я ведь нуж... — Попытался рассмеяться Пес, но следующим движением Гора просто залепил ему рот, из-за чего японец выпучил глаза.
Далее Очир принялся за уши, глаза, оставив открытыми только ноздри, чтобы не задохнулся. Пес дергался, пытался что-то пробубнить, но вскоре все было готово, и в руке он держал черного червяка, у которого открытым оставался только нос. Он пытался что-то сказать, но выходило только тихое мычание, из-за чего Гора удовлетворенно кивнул.
– Так будет тише, Синдзи. — Произнес он, посмотрев в глаза озадаченного друга.
В таком положении он вернул Пса в клетку, под озадаченные взгляды друзей, закинув дергающееся тело как мешок. Туловище Пса, сейчас похожее на черную колбасу, стало барахтаться внутри камеры, и лишь небольшой шорох и слабое мычание доносились из-под плотной пленки. Получилось неплохо и даже эффективно. Пленник не умрет, но станет гораздо тише.
– Спасибо, Очир. — Растерянно улыбнулся Синдзи и, посмотрев на наряд Горы, покачал головой. — Тебе бы одеться. Прохладно все-таки.
– Я за молоком. — Ответил Гора.
Он отправился к ящику с провизией, когда почувствовал взгляд корейца. Джаспер, присев на ящик, смотрел на Очира с задумчивым видом, при этом почесывая загипсованную руку.
– Хм... Гора! Отличные трусы! Я тоже люблю семейники. — Оживился кореец, которого будто осенило очередной странной идеей. — А ты можешь придумать что-то такое же с Джедорой?
– Она шумит? — Не понял Очир, переводя взгляд с корейца на пленницу.
– Не, наоборот! Молчит! — Оживлённый кореец вновь пнул по клетке. — Ты как раз голый, а эта сука обычно любила сочное мясо!
– Но ты-то сочным никогда не был. — Заметил Синдзи.
– Моя сочность заключалась в другом. — Проворчал Джаспер, недовольно посмотрев на напарника.
Гора задумался. Он обычно специализировался на решении немного других проблем. Заставить замолчать, убить, пожарить. Но определенно точно, не разговорить. Почесав голову, он подошел к клетке и посмотрел на сжавшуюся фигурку девушки. И как он мог помочь в этой ситуации? Женщин он не бил, даже почти не разговаривал с ними. Только жена... Гора тряхнул головой, пытаясь сконцентрироваться на текущей проблеме соратников.
Подумав, он решил для начала попробовать, а если не получится, просто уйдет. Он открыл дверь клетки и, не спрашивая разрешения, вытащил слабо упирающуюся девушку. Под конец она пыталась схватиться за прутья клетки, но он бережно отцепил ее пальцы и, закинув на плечо, отправился к тому же самому станку с упаковочной пленкой.
От столь варварского отношения девушка стала что-то тихо пищать, попутно извиваясь на его плече. Не обращая внимания, он начал медленно, сохраняя предельную аккуратность, заворачивать ее в пленку. Он опять начал с ног.
– Ты, кажется, не так понял. — Заметил озадаченный Синдзи. — Джаспер хотел с ней поговорить.
– Рот оставлю открытым. — Просто ответил Очир.
Обернув большую часть тела девушки, он поставил очередного червяка в вертикальном положении. Оставалось заклеить только голову. Глаза пленницы впервые приняли осознанное выражение, а лицо постепенно приходило в настоящий ужас. Губы затряслись, из губы потекла кровь, а из глаз — слезы. Очиру стало неуютно от вида плачущей женщины, поэтому, стремясь не усугублять, он произнес.
– Не будешь разговаривать с Джаспером, я заклею тебе рот, уши и глаза.
– Я... буду говорить... — Прошептала Джедора, из глаз которой потекли слезы. — Только не надо... заматывать меня, как его... — Она кивнула на барахтающегося Пса.
– Он взломал ее! Хакнул! — Пролепетал шокированный Джаспер, переглядываясь с не менее озадаченным Синдзи.
В этот момент в трюме появился Док, который впечатленно покачал головой. Почти голый Очир, удерживающий в руках черную колбасу с Джедорой внутри, ошарашенные Синдзи и Диктатор, и шуршавший в углу Пес, чье туловище походило на черного глиста или скорее пиявку.
– Не знал, что самый лучший психолог в нашей команде — это ты, Очир. — Док улыбнулся и обратился к Джасперу. — Если человека с ее диагнозом лишить ощущений, она скорее всего сойдет с ума. У нее в голове столько проблем, что такой метод может спровоцировать каскадное падение всей психики. — Подумав, он добавил. — Или будет восприниматься как самая страшная пытка.
– Ого... — Озадаченно протянул Диктатор. — Значит, это ты ее взломал? Почему не дождался меня?
– Ах, нет. Извини, что Джедора слегка... потеряна. — На этих словах Док поморщился. — Но она спровоцировала Аида, и тот залез ей в голову. Это стоило видеть...