– Что по другим направлениям? – Спросил Виктор, откидываясь в кресле и невидящим взглядом смотря в потолок.
– Родители подали в розыск, когда пару недель назад она пропала с радаров. Но на следующий день забрали заявление. Судя по всему, эти данные хотели подтереть, но японская правоохранительная система чрезвычайно прозрачная. Это я узнал буквально чудом, потому что когда-то работал с японскими заказчиками.
– Теперь я понял. – Виктор постучал пальцами по столу. – Нужно узнать про Лоусона. Всё, включая местоположение. А я по прибытии проведу небольшую разведку.
– Сэр. – Обратился к нему Дилан по громкой связи. – Ровно сутки до прилёта.
– Отлично. Игнис, начинай свой тимбилдинг с привлечением Дока, чтобы команда выглядела на все сто. А мне пора кое с кем связаться.
Он вошёл в БИЦ и набрал сложную комбинацию.
Глава 53
Действующий главком сухопутных сил являлся давним любителем различных чаев, от китайских сортов, до более экзотических. Но обычно предпочитал пуэр, который изрядно помогал в работе. Вот и сейчас он пил чай, разговаривая со своим давним знакомым, чья голограмма висела напротив.
Михайлович Борис Петрович, являлся главой отдельной 63-разведывательной флотилии, приписанной к Пятому Флоту. Когда-то в нее входили соединения Российской Федерации, но в результате слияния, постепенно они почти полностью рассеялись по всему Флоту Альянса. И все что они оба могли делать, это смотреть, как увядает былая сила. Было ли им обоим обидно? Еще как. Но противопоставить что-то против они не имели ни каких возможностей. Слишком многое было завязано на финансирование, бюрократию и иных, не менее важных нюансов.
– Чем обрадуешь, Боря? – Петровский сделал глоток чая.
– Ничем, Олег. – Голограмма Бориса Петровича качнулась. – У меня не очень приятные новости. Адмиралтейство опять решило надавить на тебя, перенаправив остатки финансирования.
– Не скажу, что удивлён. – Олег тонко улыбнулся. – Хакет лично тебе об этом сказал?
– Да нет, конечно. Сам догадался. – Михайлович сложил руки на груди. – Ты же знаешь, как у меня все происходит.
– Адмиралтейство с самого начала больше напоминало банку с пауками. А когда дело касается финансирования… Интриги уровня Мадридского двора. – Петровский негромко рассмеялся. – Тебя-то больше не обижают?
– Ага, как же. То дадут корабль, то отберут. Моя флотилия как проходной двор для дебилов. – Действующий контр-адмирал вздохнул. – Я даже костяк нормально сформировать не могу. Опять рвут на части, перетаскивая туда-сюда. Недавно Хакет потерял фрегат в районе Туманности Петры, угадай, откуда они взяли новый?
– Разумеется, у тебя. – Олег с сочувствием кивнул. – Хакет так и держит тебя за пазухой?
– А куда я от него денусь? – Невесело улыбнулся контр-адмирал. – Хочешь жить – умей вертеться. Особенно когда Пятый флот серьёзно трясёт от реформ.
– Весь Флот и все вооружённые силы трясёт от реформ. – Петровский отсалютовал чашечкой чая, внимательно изучая мимику адмирала. – Ну ничего… когда эти реформы закончатся, вот тогда-то мы наконец увидим настоящую силу человечества!
– Так толсто, что даже тонко. – Контр-адмирал рассмеялся. – В целом-то я соглашусь, эффективность флота повысится, а темпы роста и вовсе заставляют всё Пространство Цитадели гудеть. Даже турианцы слегка недовольны. Но Фариксенские соглашения мы соблюдаем.
– Только вместо дредноутов собираем авианесущие корабли. – Петровский подул на чай. – Веришь, что они помогут? На Земле-то они показали сомнительную результативность.
– Ты знаешь… – Михайлович явно глубоко задумался. – Я хоть и критиковал эту концепцию, особенно поначалу, но сейчас… пожалуй, не стану. Очень удобные оказались корабли, особенно в районе Предела. Только их бы додумать хорошенько. Пока они просто перевозят истребители да бомбардировщики, с ограниченным контингентом. А если бы из них сделали что-то вроде десантно-штурмовых кораблей, с серьёзным контингентом, цены бы им не было. Сразу бы вышел идеальный инструмент по борьбе с пиратами. Тогда бы и ты мог залезть в эту норку, считай, совсем другой коленкор.
– Ты же знаешь… – Олег Валерьевич поставил чашку на блюдце. – Меня не пропустят, даже если я сдамся. Кто-то очень серьёзный давит на них. Чем я ему не угодил, не знаю. Жаль, что ценой становится обороноспособность планет. Особенно Земли.