– Конечно. – Ответил один из бойцов в чёрном. – Приступать?
– Будь добр. Не хочу терять времени. – Ответил Апогей, развалившись в кресле. – Борч, подержи нашего гостя, чтобы не двинулся.
– Позвольте! – Лоусон попытался подняться, как почувствовал, что его схватили за плечи могучие руки.
– Позволим. – Пробубнил кроган. – Слушайтесь Аида, а то он любит пинать гранаты и выбивать мозги ногами.
От наивного тона и серьёзности ситуации Генри застыл в ужасе. А потом почувствовал лёгкий укол в шею. Тот самый Док сейчас снял шлем, под которым оказалось обычное европейское лицо, и с сочувствующим взглядом убрал инъектор. После этого в его руках появились медицинские принадлежности. Хирургические. Генри попытался что-то сказать, но почувствовал, что мышцы свело.
– Это чтобы вы не двигались во время операции. – Тихо произнёс Док. – Через пять минут работа голосовых связок восстановится. Если будете чувствовать боль, подайте знак глазами. Два раза вверх, два раза вниз. А теперь я, пожалуй, приступлю.
К чему приступит, Генри не понял. Ужас ситуации накатил с такой силой, что хотелось разрыдаться прямо здесь. Но он ничего не мог сделать, и от этого становилось только хуже.
– Эй! Аид! – На периферии раздался рокочущий голос. – Чего это вы с Доком придумали? Всё-таки Док получил разрешение на операцию по смене пола?
– Если бы… – Грустно вздохнул Док, выкладывая инструменты и поливая голову Лоусона жидкостью, и орудуя каким-то инструментами.
– Пока я не буду его убивать. Его смерть вызовет определённую реакцию, которая может помешать в нашей цели. Вместо этого я позабочусь о его лояльности своими методами. – Ответил вкрадчивый голос.
Аид… так его зовут.
– Типа рабский ошейник? Классика жанра?
– В какой-то мере. Только рабский ошейник слишком заметный аксессуар. Боюсь, в его обществе подобного не поймут.
– Ах вы ебланы… Вы хотите вставить в него рабский чип? Ха! Растём! Глядишь, начнём покупать оборудование из Гегемонии! – Раздался раскатистый смех.
– Скорее всего, мы его экспроприируем и применим на самих батарианцах. – Вставил другой боец.
А Генри всеми силами пытался закричать на пленителя, умоляя прекратить. Раздались росчерки бритвы, и на пол упали несколько прядей, который образовали четкий квадрат на его черепе. А следом раздалось жужжание, от которого он заплакал.
***
Игнис вёл транспорт через запутанную сеть магистралей, которые то ныряли под землю, то поднимались выше. Маршрут составляли Воск и Диктатор, поэтому он был уверен, что всё под контролем.
Виктор посмотрел на плачущего, сопящего Лоусона, который, закатив глаза, пытался произнести хоть что-то. Док уже заканчивал. Шов уже почти полностью скрылся за волосами, которые Док до этого аккуратно раздвинул. Даже крови почти не было. Мощный двигатель на нулевом элементе создал поле почти идеального равновесия, из-за чего операция прошла почти без затруднений. Только несколько капель крови, да немного волос.
– Готово. – Произнёс Док, отстраняясь. – Давно такого не делал, и что-то больше не хочу…
Томас устало опустился на кресло, скинув инструменты в контейнер.
– Неприятные воспоминания? – Спросил Святоша.
– Именно. – В руках Дока появилась сигарета, и он выпустил струю дыма. – Именно…
Виктор ощущал, насколько тяжело тому оказалось применить свои навыки подобным образом. Но для дела это было необходимо, и он был благодарен Доку за это.
Лоусон тем временем медленно приходил в себя, постоянно сглатывая. Его глаза покраснели, из глаз пролегли дорожки слёз. Со лба стекала капля крови. Быстро и аккуратно. Все-таки Док был отличным хирургом.
– За что… – Прошептал Лоусон, пытаясь совладать с мышцами лица.
– Неправильный вопрос. – Виктор покачал головой. – Вы ведь умный человек и должны всё понимать. К тому же, это не самая редкая операция, которую проводят на людях в системах Терминуса и Траверса. В том числе по вашей вине.
– Я не имею… – Лоусон сдавленно сглотнул, глотая слезы. – К этому отношения…
– Врёте. – Виктор вздохнул. – Видимо, вы всё ещё не поняли ситуации, в которой оказались. Док…
– Я всё понял! Понял! – Тихо всхлипнул магнат. – Я буду отвечать!
– Прекрасно. Ответьте на мой самый первый вопрос.
– Она… – Лоусон опять заплакал, дрожащими руками вытирая слезы. – У Цербера…
– Да блять! – Раздался рокот, вперемешку с руганью команды. – Ну сколько можно?! Ну сколько можно, а?! Опять в пиздорезы лезть!