– Тогда мне помогли: капитан Кахоку, штаб-лейтенант Шепард и лейтенант Забалетта, которые решили рискнуть своими карьерами ради помощи нам. Насколько я знаю, в настоящий момент все они уволены из вооружённых сил Альянса, а лейтенант Забалетта присоединился к нам в борьбе с рабством и, к сожалению, погиб в одном из боёв.
– О нет… Эрнесто… – Ханна всхлипнула.
Джон со всей силы сжал кулаки. Хотелось кого-нибудь ударить.
– Столкнувшись с подобными зверствами, нами было принято решение бороться с этим злом, которое правительство Альянса покрывает с такой целеустремлённостью, что даже объявило нас преступниками и террористами. Но это не так. Мы ведём войну против работорговли, о деталях которой вы даже не знаете и не представляете.
– Боже нет! Прошу! – Закричала Ханна, бросаясь к телевизору, но Джон не дал ей выключить, с болезненным интересом смотря в экран. – Выключи! Этот человек не знает, что творит!
В этот момент он увидел то, от чего вздрогнул всем телом. Клетки с голыми людьми. Мужчины, женщины, дети, с клеймами на лицах, с потухшими глазами. Накачанные наркотой, эти ужасные клетки уходили в глубину бесконечного помещения. А кадр сменился на биржу, на которой висели надписи с содержанием товара. Только товаром были люди. А на самой бирже были инопланетяне. В основном батарианцы, но были и азари, и турианцы и даже волусы. Даже люди там тоже были.
– Нет… – Прошептал Джон.
– Как видите, это наши бывшие соотечественники, те самые колонисты, которые заключили договор с Альянсом. Те, кто должны были быть защищены, но оказались беззащитны, сломлены и угнаны на рынки Гегемонии и Терминуса. Вот она, их грустная судьба. Судьба колонистов, которые идут строить свою жизнь, обживая планеты, которые Альянс хочет заполучить, но не хочет защищать.
– Ма-а-ам! – Послышался крик Джейн. – Какого хрена здесь происходит?
– Я не знаю. – Ответила Ханна, смотря на страшную картину. – Это провокация!
Виктор с экрана продолжал вещать.
– Я обращаюсь ко всему Человечеству, как тот, кто возглавляет объединение СТИКС. Для начала я должен сказать, что Альянс вам лжёт. Адмиралтейство вам лжёт. Ваше правительство вам лжёт. Из семидесяти трёх колоний, которые были колонизированы Альянсом и нашими с вами согражданами, в настоящий момент относительно в порядке только двадцать девять. Остальные уничтожены и порабощены. В редких случаях – эвакуированы. И это продолжается до сих пор. Я не прошу простить меня за мои методы, я лишь призываю тех, кто хочет с этим бороться, присоединиться к этой борьбе. А правительство прошу мне не мешать, раз вы не хотите помогать. Держите свои драгоценные корабли на базах и прилетайте спустя недели после трагедии, как привыкли это делать.
– Что же ты наделал, Виктор… – Прошептала Ханна.
– Что он наделал? – Джон обернулся, с ненавистью уставившись в её глаза. – Что такого он наделал?
От его взгляда Ханна побледнела, медленно пятясь назад.
– Он… Альянс упадёт в хаос… – Едва шевеля губами, ответила Ханна. – И тогда человечество не сможет объединиться.
– А под чем ему объединяться? – Тихо спросил Джон. – Под Альянсом, допускающим такое и наказывающим своих героев? Или что вы хотите сказать?
– Ты не понимаешь, Джон… – Ханна в неверии качала головой.
– Я и не хочу понимать. Ни вас, ни Альянс, ни Адмиралтейство. – Процедил Джон. – Я ненавижу всё это. Ненавижу это лицемерие, которое обрекает людей на страдания.
– Остановись, Джон… – Умоляюще прошептала Ханна.
– Нет. Не остановлюсь. – Прошипел он.
– Заткнись, Джон! Дай маме договорить! – Закричала со стороны Джейн.
– Нет. Я кое-что понял сейчас. – Джон встретился с напуганными глазами Джейн. – Вы обе дуры, которые верят в сказки, даже когда эта сказка разбивает вам лицо. Вы дрочите на всё, что связано с Альянсом и инопланетянами, считая, что они крутые. Но я понял вас и не хочу этого продолжать.
С этими словами Джон прошёл мимо ошарашенных тёти и кузины, влетел в комнату. Положив документы и планшет в рюкзак, он выскочил из дома. Личных вещей у него почти не было, а сейчас ему требовалось подумать, как быть дальше. В этом доме он больше не мог находиться, и не хотел.
Позади раздались крики. Развернувшись, он увидел бегущую к нему Джейн.
– Остановись, придурок! – Прокричала она, хватая его за толстовку. – Вернись домой и извинись перед мамой!
– С чего бы? – Джон встретился со злыми зелёными глазами.