Холодильники забиты криоконтейнерами с протеанскими артефактами, а также заняты все каюты — у нас нынче есть пассажиры. И я таки побывал на Цитадели — там мы разгрузились, придя с Иллиума. Привезли полные холодильники морепродуктов и полный трюм тканей для модных ателье на станции. Они же дали фрахт на Землю с готовой продукцией. Но одновременно с ними на нас вышли ксеноархеологи. Во время погрузки в док забежал светловолосый взъерошенный мужчина в салатового цвета унике. И, подбежав к Малки, что-то обсуждавшим с симпатичной азари, являющейся представителем заказчика. Громко закричал:
— Господин космонавт! Господин космонавт! Нам очень нужна ваша помощь! Спасите нас и наши труды!
— Кто вы, сэр, и чем мы можем помочь вам? — спросил в ответ Малколм.
Где-то я этого дядьку видел… где? Точно! Это же профессор Янкуловский из МГУ! Опять протеан откапывал.
— Сэр, как вас зовут? Я профессор кафедры археологии Московского государственного университета Марек Янкуловский. Мне порекомендовали ваш корабль в СБЦ, он — единственный транспорт-рефрижератор, идущий на Землю в ближайшие дни. Спасите нас, сэр, спасите наши труды!
— Успокойтесь, профессор. Моё имя Малколм О’Доннел, и я суперкарго «Ловкого Барсука». Пройдёмте в кают-компанию и обсудим ваши проблемы.
Попрощавшись с азари, Скрудж с профессором скрылись на корабле, а мы продолжили погрузку.
Закончив, вышел на причальный комплекс. Колоссальное кольцо терялось в обоих концах горизонта, лишь где-то наверху еле просматривалось верхняя его часть. Доки были полны, каждую минуту несколько кораблей подходили и отходили от станции, создавая непрерывное движение. Размер Цитадели потрясал воображение… она была гораздо крупнее, чем в игре. И всё вокруг было пропитано неусыпным вниманием её искина — я его прекрасно чувствовал. Странно — он же синтетик… но я его всё равно чувствую! Удивительно! От «Катализатора» растекалось внимание, но в нём отсутствовали даже малейшие намёки на агрессию — скорее, он наблюдал за всем вокруг, как наша Тайя: заботливый воспитатель, с любовью и терпением приглядывающий за детишками… но какого же хрена тогда устраивать жатву?! Ничего не понятно…
Стою и смотрю вдаль, за пределы силового поля станции, на переливающиеся всеми цветами радуги разводы туманности, пока меня не отвлекает тихий голос.
— Извините, вы не подскажете, где здесь корабль с названием «Ловкий Барсук»?
Оборачиваюсь и выпадаю в осадок… вы, наверно, догадались, кого я увидел? Да-да! Именно её! Рядом со мной стояла, одетая в такой же, как у профа, салатовый уник, Лиара Т’Сони. Азари распространяла вокруг ауру лёгкой озабоченности и глядела на меня огромными бездонно-синими глазами. А вживую она ещё красивее, чем в головизоре! Лиара же стоит и спокойно ждёт ответа. Лиарофаны стреляйтесь, девчонка просто загляденье. Конфетка прям.
— Он позади вас, доктор Т’Сони, — отвечаю я на азарийском.
— Ах! Но откуда вы меня знаете?! — полыхая удивлением, спрашивает азари.
— Видел как-то раз в головизоре.
— Но… но я была на головидении лишь один раз! И…
— Вот тогда я вас и видел, доктор. Вас и профессора Янкуловского.
— Невероятно! Это же было…
— Семь лет назад, доктор.
— Но вы такой юный… сколько же вам тогда было?
— Шесть лет, и и я вас с вашими пожинателями запомнил. Пойдёмте, я провожу вас на корабль.
Опять я весь в воспоминаниях… так, последний круг и магия! Хотя я стихийную магию на корабле не отрабатываю. Боязно что-то повредить. То же огненное копье прожигает стенку трюма на раз. А тут холодильники. Да и ледяная магия довольно опасна для рефрижераторов.
— Аэрдил! — кричу я из дальнего угла палубы. — Полетать не желаешь?
— Вау! Здорово! Сегодня ты решила потренировать телекинез? — восклицает подруга в ответ.
— О, Да! Так что готовься!
— Всегда готова!
И по палубе летит смех.
Лиара Т’Сони (борт ГКСК «Ловкий Барсук», май 2367 год)
Корабль не переставал удивлять Лиару. Странная аура внутри, не менее странные отношения в экипаже, да и сам экипаж. Люди и, надо же, кварианка. И совсем юный парень — с удивительного цвета зелёными глазами. Как он на Лиару смотрел… как будто сравнивал с кем-то — и это сравнение было в пользу азари. Ещё в самый первый раз, когда они поднимались на лифте в кают-компанию, девушку удивил разговор, произошедший по инструметрону — говорил рыжый паренек и кто-то из членов экипажа.
— Рыжик, ты где?