«Ну вот, накаркал!» — девушка закачалась, неловко переступила с ноги на ногу, взмахнула руками и с писком полетела спиной в воду. И как он идумал не смогла выплыть.
Время замедлилось — Али подбежал к перилам, скинул сапоги с кителем и, перебравшись через перила, под изумлённый вздох толпы, прыгнул следом. Вынырнув, огляделся и увидел девушку в паре метров впереди — в широко распахнутых зелёных глазах той плескался ужас. Сделав пару сильных гребков, Али, как учила сестра, поднырнул под неё, вынырнув за спиной. Слегка прикусил за шею — девушка расслабилась. Тогда юноша обхватил её правой рукой и, загребая воду левой и ногами, спокойно поплыл к берегу. «А водичка-то прохладная», — подумалось отстранённо. Девушка было снова затрепыхалась, но новый укус успокоил её. Несколько минут — и вот его нога коснулась песчаного дна реки. Проплыв ещё несколько метров, Али твердо встал на ноги в воде. Подхватив девушку на руки, он пошел к видневшимся рядом ступеням пристани.
На берегу собралась огромная толпа. Когда Али поднялся на набережную, все смотрели только на него: мужчины и женщины, старики и дети не могли оторвать взгляды от того, кто только что у них на глазах совершил невозможное. Он спас девушку, проплыв при этом несколько десятков метров... Юноша огляделся, продолжая держать на руках спасённую — та клещом вцепилась в него и зажмурилась. Видать с колонии где нет глубоких рек. Теплый ветерок обдувал мокрую кожу и одежду, с которой потоками стекала вода. «Ну вот, — подумал Али. — Выгляжу, наверное, как чучело».
Из толпы протолкался Рокус, с сапогами и кителем в руках. За ним шли двое спасателей в оранжевых комбинезонах. Друг с совершенно ошарашенным видом смотрел на него.
— Что это только что было, Али?! — воскликнул он.
— Что-что… небольшая спасательная операция. А что?
— Ну ты даешь блин.
Парень улыбнулся ошарашенному другу:
— Я глазам своим не верю! Когда ты прыгнул за ней, мне подумалось: вот я и лишился друга… Я решил, что ты таким странным способом удумал покончить с собой. Но то, что я увидел дальше, просто не укладывается у меня в голове…
— Курсант! — вмешался один из спасателей. — Разрешите осмотреть пострадавшую?
— Да-да, конечно, — ответил юноша и посмотрел на всё также лежавшую на его руках девушку. Та больше не дрожала. Она смотрела на своего спасителя широко распахнутыми малахитово-зелёными глазищами. «Духи! У неё глаза, почти как у Игорька…» — подумал парень.
— Ты как? — спросил он девушку.
— Всё, вроде, нормально, — ответила она.
— Тогда, пусть тебя осмотрят спасатели, — и аккуратно поставил ту на землю.
Спасатель отвёл девушку чуть в сторону и включил сканер инструметрона, а Али, поманив, Рокуса спустился на причал.
— Помоги-ка мне, дружище. Надо отжать рубаху и брюки, а то долго сохнуть будут.
— Да не вопрос, Али.
Пока отжимали, прошло несколько минут… но толпа на берегу и не думала расходиться. Али одел сапоги с кителем и, как мог, расправил складки на брюках. Вернувшись на набережную, Али увидел толпу, всё так же смотревшую на него. Чуть не утонувшая девушка, увидев парня, подошла и крепко к нему прижалась.
— Как тебя зовут, красавица? — спросил Там.
— Сиррона Нотарис. А тебя? — ответила девчонка, смотря на юношу таким взглядом, что у молодого турианца закипела кровь.
— Али Таанирр, — ответил он.
— Курсант! — снова влез давешний спасатель. — Вы можете ответить на несколько вопросов?
— Задавайте, сэр, — сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, ответил парень.
— Как вас зовут, господин курсант? И откуда вы?
— Моё имя Али Таанирр, и я с Мендуара.
— С «Пиратской могилы»!.. — раздались голоса вокруг
— Скажите, вы и вправду умеете плавать?
— Ну, вы же все это видели! Да, я умею плавать. Как и большая часть турианцев.
- Как много вы потеряли что прыгнули в воду?
Над толпой повисла тишина. Потом снова зашептались:
- двух друзей, их отца, деда с бабушкой. Они в прошлом году, во время атаки на колонию, погибли в бою с многократно превосходящими силами пиратов. Благодаря их жертве мои родные отец и брат, а также многие из моих соседей живы до сих пор.
— Достойная смерть! — пронеслось по толпе.
— Достойная. Друг убил больше сорока пиратов, в одиночку.
— Храбрый воин, — сказал спасатель.
— Воин? Мой друг не был ещё воином… ему исполнилось всего двенадцать лет.
Турианцы потрясённо замолчали, и над толпой повисла звенящая тишина.
— Знаете, — сказал юноша, — я, не задумываясь, отдал бы свою жизнь за то, чтобы они снова жили. Я горжусь каждым днём, каждым часом, когда называл их друзьями.