— Чего хотел? — спрашивает парень.
— Привет. Не скажешь, где тут Уилсон-стрит, 45 и приют святого Патрика?
— Ты что, новенький?
— Ну да… а что, проблемы?
— Вали отсюда! — зашептал он, заливая всё вокруг искренней тревогой. — Вали быстрее, пока эти суки тебя не спалили! Этот приют — совсем не то, чем кажется на первый взгляд. Понял меня?!
— Всё так серьёзно?!
— Серьёзнее, чем ты думаешь… Ну! Давай, вали скорей!
— Игорь Шепард, — протягиваю я ему руку сквозь ограду.
— Тецуо Омура, — пожимая мне руку, отвечает он. — Вали давай, быстрее! Тут система наблюдения есть — только она не всё время работает, и сейчас как раз окно.
— До встречи, самурай!
— Это вряд ли, — отвечает он.
— Посмотрим, — говорю я, быстро топая по дорожке обратно на остановку.
Глава 15.2 Новая жизнь сиротой.
Сижу на набережной и ем местную шаурму — её продает довольно бодрый старик в ларьке неподалёку. Рядом обедает Барсик. Мужик нарезал ему свинины с вертушки. Надо искать ночлег — а то полиция загребёт. Спать на лавочках здесь запрещено. Поев и запив всё довольно вкусным чаем, купленным у того же деда, лезу в инструметрон и начинаю шариться в местной городской сети. После получаса поисков нахожу неподалёку небольшой мотель со вполне приемлемыми ценами и звоню туда. Бодрый мужской голос отвечает мне, что свободных номеров полно, и я могу не беспокоиться о документах — мне они не потребуются, были бы деньги. Хорошо, деньги есть: на обезличенном чипе около сорока тысяч, а на личном — почти триста, это моя зарплата и доля прибыли, плюс подарок от команды. На эти деньги можно пару лет прожить спокойно даже здесь, а в провинции — вообще лет десять. Беру чемодан и, сверившись с картой, топаю в мотель — до него всего пара километров. Барс доев мясо идет следом. Кот довольный что я его не бросила и он идет жить со мной. Эх, вот и остался я опять один с любимым котярой.
В холле мотеля сидит симпатичный дядька и спокойно смотрит футбол. Глянул на меня:
— Чего хотела, мелкий?
— Номер снять можно? Только я с котом.
— Да без проблем! — говорит он. — На сколько?
— Пока на неделю, — отвечаю я.
— Сто кредитов — и заселяйся. Кот к туалету приучен? Или лоток достать? И как тебя записать?
Я немного подумав и выдала:
— Ингвар Ганн. И да ко ходит спокойно на унитаз.
— О’кей, так и запишем…
Я протягиваю ему обезличенный чип. Он, проведя оплату, возвращает мне его обратно. И достаёт из стола ключ-карту.
— Твой номер — 23, это по коридору направо, — после чего отворачивается и смотрит футбол дальше.
Иду направо и, найдя нужный номер, открываю дверь. Та с шипением уходит в стену, открывая мне небольшой номерок, состоящий из двух комнат и санузла. В маленькой стоит здоровенная кровать и шкаф — больше ничего не поместилось. А в большой — диван и большущий головизор у окна. В углу, у дверей одиноко стоит холодильник, открыв который, нахожу только минеральную воду в пластиковых бутылках. Санузел маленький — из душевой кабинки и унитаза. Весь номер — квадратов двадцать. Мне пока хватит!
Снимаю рюкзак и кейс с Богомолом, заглядываю в шкаф. Ого, какие двери и стенки толстые! И блокируется ключ-картой… Прямо не шкаф, а сейф! Укладываю туда карабин.
Приняв душ, сажусь на диван и включаю головизор — там идёт какое-то тупое разговорное шоу. Худой парень пошло шутит, а толпа в зале громко смеётся над его плоскими шутками. И здесь «Камеди Клаб», бля… Пощёлкал каналами — но ничего стоящего так и не нашел. Выключив голо, просто сидел и смотрел в окно… но интуиция свербела: «Иди на улицу, иди, прогуляйся…» Блин, ладно! Достала из чемодана шорты и футболку с мокасинами — под вечер стало довольно жарко. Закрепив на поясе нож, затолкала все свои вещи в шкаф, заблокировав его.
У выхода меня окликнул хозяин мотеля.
— На прогулку, Инг?
— Ага, что-то прогуляться потянуло… Кстати, как тебя называть?
— Зови меня Ал… или Шишел-мышел — как больше понравиться.
— Шишел-мышел вышел вон, — говорю я на русском.
— Ха-ха-ха! Точно! Знаешь русский?
— Говорю свободно. А Ал — это, наверное, Алексей?
— Угадала — Алексей Добряков. Ты смотри там в оба, Инг — вечером на улицах опасно, банды шалят.
— Поняла, спасибо за заботу, Шишел!
— Не за что! — махнул рукой Лёха и снова уставился в головизор — там сейчас играли в теннис.
Улица встретила меня душной жарой — ни ветерка, ни вообще какого-то шевеления в воздухе. Я поправил футболку и потопал в сторону небольшого парка, видимого неподалёку.