— Даян, ну что ты волнуешься! У тебя самый обычный сынок. Абсолютно здоровый ребёнок, умный, активный. Самое главное, послушный! Чем ты недовольна? Вот не понимаю?!
— Ретнейт! Он меня пугает! Мне иногда кажется, что он не ребёнок! Из его глаз на меня смотрит кто-то чужой, взрослый! Понимаешь, не может быть такого взгляда у четырёхлетнего мальчика!
Ох! Спалился я, похоже, по полной программе! Надо как-то выкручиваться! Но как? Ладно, послушаем дальше…
— Не говори ерунды! Что это ты себе навоображала? Взгляд тебе не понравился!
— Нет, Ретнейт, это не нормально! Это, блин, совсем-совсем не нормально, Ретнейт! Бедный мой мальчик! Сегодня за завтраком сидел и смотрел на нас, как будто насмотреться не может, будто мы сейчас исчезнем все, и такая тоска во взгляде…
— Может у него случилось что, Даян? Ты хоть спросила его? Может, приснилась дрянь какая-нибудь! Он ведь облучился нулевым элементом до рождения. Скоро уже магический дар должен проявить себя. Вы люди вообще разносторонние маги в отличии от нас. Это у нас только стихийная магия да целительство. Многие ваши дети становятся провидцами хоть и слабенькими.
Вот и момент. Сейчас про сон расскажу, хоть часть вопросов снимется. Нажал на сенсор, дверь отъехала, зашел на кухню, поздоровался с Рэтнейт. Взял со стола графин с компотом лесной ягоды, налил в стакан, стою, пью и на женщин поглядываю.
— Сыночка? Скажи, ты почему сегодня утром так странно на нас смотрел?
— Сон страшный приснился, мам!
— Расскажи нам его, — попросила Рэтнейт.
Рассказал им свой сон, от воспоминаний закончил почти шепотом, сказал ещё, что уверен: примерно так всё и будет. Смотрю, мама руками рот закрыла, в глазах слёзы, в эмоциях страх за меня и жалость. Рэтнейт сидит, насупившись, печалью на меня пышет.
— Да ты провидец, Игоречек… — тихо говорит Рэтнейт.
— но почему так рано все пробудилось?
- у наших девочек способности к магии тоже рано проявляются иногда лет в пятнадцать.
- Ретнайт, ему всего четыре с половиной года.
- ну так ваш народ и живет всего лет сто пятьдесят.
Мама подошла ко мне, обняла и тихим срывающимся голосом сказала:
— Ну как же так Игоречек, так рано такой неприятный дар проявился. Еще и магия твоя эта. Кто же так не любит тебя на небесах? обнимаю её в ответ, прижимаюсь покрепче и про себя говорю: «Я сам выбрал после прошлого рождения снова путь мессии, мама. Но тебе я этого не скажу а то вообще истерика будет. Я когда крылья материализую все в ужасе бегут».
Слышу пиликанье терминала, выныриваю из воспоминаний. 7:45 утра, через 15 минут подъедут Таниры, и вперёд, в бассейн, плавать Азатом и Али. Иногда к нам присоединяется Насар. Но он плавать в отличии от братьев как-то не особо любит. А тем очень нравиться нырять на глубине.
Пока мы ловим кайф в теплой водичке в бассейне, доктор Дахи что-то строчит в своем датападе. Через час мы собрались и полетели к Танирам домой.
- Ну как наплавались мои хорошие? – Встретила нас тетя Кассия.
- Да мама это так классно.
01 января 2359 г., 1:15
Я смотрю в окно, там снова идёт снег. Крупные, мягкие снежинки, медленно кружась, покрывают всё вокруг пушистым белым одеялом. Я отложил металлический шест в сторону и взялся за гантели. У меня началась подготовка в русский кадетский корпус. Корпусов на Земле всего пять. Один в СССР. Второй в США. Третий в Канаде. И четвертый в Германии. Ну и пятый в Британии, где-то в Шотландии. Мой дядя Хакет и мой отец его заканчивали. Горцы взяли его под крыло. Да я тоже удивился, но Советский союз все еще живет и здравствует. Его корпорации даже расползлись по космосу. Взять туже Розенкоф материалс, которая курирует промышленность на Мендуаре.
Вот и отметили вчера наступление нового, пятьдесят девятого года. Крича и смеясь, бегали вокруг нашей елки, пускали фейерверки, жгли факелы и пели песни. Было легко, и мной владела какая-то мягкая безмятежность. Вот уже неделя, как мне перестал сниться мой страшный сон. А Мендуар начал готовится к отражению налета пиратов. Началась развертка оборонительных комплексов и консультации с бывшими военными руководства колонии. Я подумала, что, возможно, всё ещё обойдется, ну не может быть только плохое в жизни!
Азат сделал мне великолепный подарок на Новый Год, сказал, что растряс свою копилку, попросил денег у отца, уговорил мать и вместе с ней в Гагарине в оружейной лавке купил мне охотничий нож! Он вообще ко мне очень покровительственно относится. Как старший брат к любимому младшенькому. Подобрал рукоятку хоть и на вырост, но вполне мне по руке. Наверное, тетя Касия помогла. По слегка изогнутому, чёрного металла лезвию, длиной сантиметров 12-13, шёл замысловатый рисунок из тонких серебристых линий, свивавшийся ближе к гарде в надпись на турианском: «коготь». Рукоять удобного хвата, из красноватого полированного дерева. На торце рукояти — голова мифологического оскалившегося зверя. Ножны из коричневой кожи, с ремешками крепления к руке или ноге. Я теперь всегда хожу с ним. У нас это привычно, Мендуар — молодая колония, и здесь с оружием ходят все: и дети, и взрослые. В пяти километрах от города начинается натуральная дикая территория, и диким зверьём в городской черте никого не удивишь. Братья с семи лет ходят с лёгкими пистолетами, это такой аккумуляторный рельсотрон, с десятью зарядами в обойме, пули 10 мм, конические, с насечками. Начальная скорость пули — всего 300 м/с, что не даёт сильной отдачи, но останавливающее действие колоссальное. При попадании пуля сминается в блин диаметром 20-22 мм, и я лично видела, как такая пуля переломила доску-пятидесятку. Что будет с тем же назуми от попадания двух-трёх таких пуль, объяснять не надо. Кстати, за все тринадцать лет существования колонии, колонисты ни разу не стреляли друг в друга из оружия, ни взрослые, ни дети. Вот интересно, что ответили бы на это поборники запрета на владение оружием населения в той России из прошлой жизни…