Время течёт, и через три месяца мне будет пять лет, четыре из которых я хорошо помню. Что принесёт мне новый год? Посмотрим. Как говорится, пожуём — увидим.
Глава 5. Такие непохожие и такие близкие.
Игорь (Мендуар, июнь 2360)
Суматошный год (часть первая)
10 июня, 6:00
Делаю занятия с шестом у окна в своей комнате. Оно у меня большое. От пола до потолка моей комнаты огромный плесигласовый лист. Во дворе Дениска делает тоже самое, только комплекс у него гораздо сложнее. Используются утяжелители, металлический шест, тяжёлые гантели. Вот уже полгода старший брат истязает себя по утрам. Это называется подготовкой к поступлению в кадетский корпус ВКС Альянса. Туда принимают юношей и девушек, в возрасте от четырнадцати лет до двадцати, и гоняют в хвост и в гриву. Те, кто прошел до конца, становятся зубастыми волками на службе человечеству. В пяти флотских кадетских корпусах готовят элиту терранских ВКС. На следующий год старший брат отправится по стопам отца, грызть флотскую науку.
Медленные движения рук и ног, гимнастика на гибкость, утяжелители на руках и ногах для меня уже давно привычны, по спине холодной струйкой течёт пот. С улицы слышен голос с приятной двойной подгармоникой — Азат пришёл! Сейчас парни убегут на утренний кросс, пять километров по лесным тропинкам. Лучшие друзья, соперники, заводилы всех проказ в городке — мой брат и его друг. Стоят, смеются, сверкая на утреннем солнце белозубыми улыбками. Хлопнула калитка, убежали.
Я сажусь по турецки и прогоняю по телу волну энергии. Потом зажигаю небольшой огонек. Гашу и вызываю ледяную сосульку. Потом разворачиваюсь к стене и вызываю порыв ветра, переходящий в небольшой вихрь. Надо еще с телекинезом потренироваться. Я достаю подаренную мне Ретнейт коробку цветных стеклянных шариков и поднимаю их постепенно в воздух формирую звездную систему. Да я еще в дополнение к ментальным навыкам еще и маг.
Вылезло это месяц назад. В тот день отец решил заменить уплотнитель на окне в моей комнате: старый рассохся и начал течь. Он принес с работы раскладную лесенку, приставил ее к дому — как раз хватило до крыши — взял сумку с инструментами и полез. Мы с сидели во дворе, я и Азанти с альбомами, на складных стульях, а Насар, в обнимку с Барсом и Полканом — прямо на траве. У нас был пленэр — мы с нашей художницей рисовали Насара с натуры. Хотя разница между моим творчеством и работами Джины — как между агитационными плакатами и работами Микеланджело. У меня получилась просто сидящий в обнимку с котом и псом пацан-турианец, а у Азанти — кажется, что они живые, просто застыли на мгновение: зажмурившийся от удовольствия Барсик, задравший голову и приоткрывший рот Полкан, раскинувший лапы, выставивший на всеобщее обозрение светлое пузо, глаза закатились, и из пасти розовой змеёй свесился язык.
Вдруг, я почувствовала нарастающее чувство страха. Бросив взгляд на дом, увидела, как папка вместе со стеклом начинает медленно, но уверенно падать. Видимо, он снял со стекла фиксаторы, и здоровенный панорамный стеклопакет перепадом давления просто выдавило на улицу, удержать его отцу было не под силу. Отчётливо понял, что если отец упадет, то сверху на него грохнется стеклопакет, а чем это может закончиться, страшно даже подумать!