— Нет. Я прекрасно знаю, дедушка, что, всплыви мои контакты с этим долбаным наци, от нас отвернётся вся семья.
Старик развернул кресло и быстро полетел к выходу из кабинета, но на пороге обернулся.
— Это безумие, внук. У меня такое предчувствие, что мы все очень скоро пожалеем о содеянном. Операцию точно нельзя остановить?
— Нет. Уже слишком поздно — корабли ушли к Мендуару, через две недели атакуют, и связи с ними, до самого окончания операции, не будет.
— Храни нас всех духи предков. Я надеюсь, это последняя такая операция. Семья не желает связываться с подобной грязью, и ты, Брэндон, я надеюсь, прислушаешься к нашему мнению.
Дверь пшикнула, закрываясь за стариком, и молодой человек остался в одиночестве. Он подошёл к роскошному кожаному креслу, стоящему у стола, и сел в него. Сложил руки на полированную столешницу, сцепив их, и о чем-то задумался.
— Мистер Чжоу, Вам вызов от абонента Призрак. Соединить? — раздался в интеркоме голос секретаря.
— Да.
Перед столом медленно появилась голограмма довольно молодого светловолосого человека, одетого в современный светлый костюм. На спокойном, умном лице неестественно выделялись глаза. Знающим людям не трудно было бы понять, что вместо них — биопротезы. В руках человек держал зажженную сигарету и периодически затягивался, выпуская облачка дыма.
— Приветствую Вас, мистер Чжоу. Операция стартовала успешно. Но меня терзают очень большие сомнения в успешности её завершения.
— Мистер Харпер, меня не интересуют ваши сомнения. Когда мы нанимали вас, расчет строился на том, что вы будете точно и в срок выполнять наши распоряжения, координировать работу подразделений, чтобы избежать дублирования и напрасной траты сил и ресурсов. Вы же постоянно оспариваете решения совета директоров и мои личные.
— Со всем уважением, сэр, но если некоторые Ваши решения ошибочны, то я, как ответственный работник, должен предупредить Вас об этом, и я удивлен вашим раздражением. У нашей организации и так не самая лучшая репутация, и если всплывёт, что мы причастны к атаке на колонию, то я боюсь даже представить последствия.
— О возможных последствиях, мистер Харпер, позаботятся другие люди, это не ваша забота.
— И ещё, сэр. Я надеюсь, что вы довели до своих людей среди наёмников о необходимости аккуратного обращения с объектом.
— О каком объекте речь?
— О пацане. Его необходимо захватить, не нанеся никакого ущерба здоровью и психике. Он — ключ к могуществу нашей расы. Гибель мистера Шепарда неприемлема ни при каких обстоятельствах, сэр.
— Насколько он важен?
— Очень важен, сэр. Но о степени можно будет говорить только после того, как он окажется у нас.
— Что с его родителями?
— Я отдал приказ о необходимости, по возможности, сохранить им жизнь, но захват мальчишки важнее их судьбы.
— Это ваши проблемы, мистер Харпер. Я вообще считаю ваши попытки улучшить человеческую природу с помощью генов уникальных представителей нашей расы пустой тратой времени и ресурсов. Но дело ваше, пытайтесь. У вас всё?
— Да, сэр.
Голограмма гаснет.
Станция Кронос, штаб квартира «Цербера»
Он сидел в кресле, посреди строительного хлама — строящаяся станция была далека от завершения, но уже сейчас было ясно, что она замечательная и расположена крайне удачно. Он сидел и курил одну сигарету за другой, глядя пустым взглядом в пространство перед собой. Губы беззвучно шевелились, повторяя несколько фраз, и если бы рядом был ещё кто-нибудь, особенно умеющий по ним читать… но вокруг было пусто.
— Вот так я возвращаю долги друзьям, вот так… Что же, Джек, вот ты и докатился! Ты предал всё, во что верил, предал друзей, и за спасение собственной жизни отблагодаришь злом. Блядь, ну почему я не послушал Михаила? Как же, возвышение человечества, могущество расы, бла-бла-бла… что дальше? Ты предашь это самое человечество? Себя ты уже предал, себя и друзей! Всё, во что ты верил, оказалось пустышкой — красивой картинкой, за которой скрывается жадный оскал корпораций. И дороги обратно нет… Тебя найдут. Если за пешкой-Грейсоном так охотятся, и ведь, рано или поздно, его найдут, то тебя — будет искать вся галактика. Сука… Блять… Ничего, Джек Харпер ещё побарахтается! Как же, решили всё свалить на меня? Не-ет… Как говорил Мишка: «Хуй вам!» Я ещё спляшу на ваших могилах и плюну на памятники! Я сам буду хозяином «Цербера»! Сам, единолично!
Глава 11.1 Поход за шкурой назуми.
Игорь (Мендуар, 22 августа 2366 г.)
Хмурое небо затянуто плотными серыми облаками и сыплет мелкой моросью. Такая погода стоит уже неделю. Опять из-за гор циклон к нам приперся. Почва промокла, и на каждом шагу хлюпает под ботинками. Бегу десять километров с выкладкой (хоть деда сейчас нет, тренировки никто не прекратил), рядом бегут Насар и Ферон. Тяжёлое дыхание, шлёпающие звуки шагов, за спиной пристёгнут на магнитных захватах верный «Богомол Б», купленный мне за шкурки мукликов еще лет пять назад, и рюкзак с дежурным набором: аптечка, тесак, бинокль, бельё и комплект личной гигиены. На бедре — мой «Коготь» в ножнах, на поясе — чехол с термоклипсами и чуть больший контейнер с биметаллической пудрой. Вес, вроде, небольшой, но после почти восьми километров уже напоминает о себе. Вдалеке, сквозь туман и дождь, проявляется дом — там душ и завтрак.