Преодолев ещё квартала три, я запыхался. Мой нескладный организм взмолился о передышке, и я уселся на скамью, с облегчением сложив на неё ношу. К этому времени дворники сделали своё дело, я наблюдал, как они собирали свои инструменты и запрыгивали в… Не знаю, как назывался этот вид транспорта, похожий на изящную огромную железнодорожную дрезину. Это были даже не повозки, а что-то вроде длиной в пять метров открытого вагончика с поручнями. Ещё несколько минут, и улица полностью избавилась от помощников и, как ни странно, прохожие замедлились. Стали заходить в закусочные, каких здесь было много, или на террасы магазинчиков, вглубь. «Время завтрака, – снова удивился я местному обычаю, – какие все организованные… А не скучновато ли сие расписание?»
Мелькнувшая мимо девушка вдруг раскрыла зонт, и я машинально задрал голову – на чистом небе не присутствовало ни единого намёка от дождя. Наверное, солнце здесь было злое. Зонт – это хорошо, особенно если твоя кожа нежная, как у арнаахальских модниц…
Плюх! Ни с того, ни с сего мне в лицо брызнула вода. Соображал я долго и успел вымокнуть. По верху всех домов была установлена поливальная система, заботящаяся о ящиках с цветами на верхних этажах и нижних. Влага потекла по этим висячим садам Семирамиды, и из ещё одной трубы пониже вторая волна смывала со стен невидимую пыль. Город принимал водные процедуры.
Я спешно подхватил сумки и отбежал к краю тротуара, благо что в эти умывальные минуты прохожих поубавилось.
Длился искусственный дождь всего пару минут, но зато как стало свежо! Упоительно запах смоченный каменный тротуар. Заблестели капли на растительном изумруде. Я и сам окончательно проснулся, взбодрился и, не обращая внимания на влажную одежду, направила туда, куда и собирался изначально – в лекарскую Академию, до которой оставалось «всего-то» кварталов пятнадцать – двадцать.
Глава 6. Первый год «обучения»
К концу пешего «марафона» мои подошвы горели, как и предупреждал сир Аллен. Всё дело было в улице, которая вела от порта к центру Тариан-Дыва: видимо, с других улиц выходов сделали немного, чтобы не загружать главную трассу бесконечными перекрёстками, замедляющими движение. Об этом нюансе меня забыли или не захотели предупредить, когда объясняли путь до Академии. По счастью, на полпути мне встретился спасительный оазис – площадь, то есть огромный перекрёсток-кольцо, с фонтаном посередине. В нём детвора беззаботно баловалась, освежаясь, ибо арнаахальский соларис набирал обороты, мне начинало казаться, поминутно. У фонтана я немного отдохнул, смочил пылающие ноги, отмечая, что вода нагрелась и поэтому толку от неё мало – и заставил себя продолжить путь.
Тариан-Дыв в переводе с древнего языка означал «Щит бога» и являлся им в прямом смысле. Во-первых, как я уже говорил, за несколько морских лье от него блокировалась магия чужестранцев. Во-вторых, он находился перед тем самым сердцем государства, в которое стремилась элита из Люмерии в том числе – Арнаахал-кэнол, в просторечии просто Арнаахал. Так что, случись война, врагам сначала пришлось бы победить «руки» Тариан-Дыва, мощные, трудолюбивые и равнодушные к страданиям небогатых гостей огромного острова.
Когда мой язык окончательно прилип к гортани, я, шантажируемый жаждой, раскошелился на целый гольден (!) ради тяжёлого глиняного кувшина прохладного кваса. Таким образом, мои надежды на облегчение корзины с продуктами рассыпались в прах. Ну, а поскольку я понял, что справить нужду после обильного питья здесь будет сложнее, чем дать продавцам себя ограбить ещё раз, пришлось пить небольшими глотками и редко.
Итак, спустя три часа пытки под южным соларисом я появился на пороге небольшого административного здания, на какое мне указали встретившиеся студенты. Забавно, в каждом вселенском фрактале всегда найдётся приёмный блок, порученный в управление бессменному образу вахтёрши, занятой вязанием. Это обязательно будет женщина лет шестидесяти, в очках, с кудрявой шевелюрой и цепким взглядом лучшего друга человека – управдома. Я невольно улыбнулся, когда наткнулся на этот привет из сна. Сирра, не откладывая вязания на трёх длинных спицах, кивнула на стопку бумаг и чернильницу:
– Заполняй бланк.
Усевшись за один из двух имеющихся столиков (видимо, ажиотажа от посетителей здесь никогда не бывало), я коряво вписал ответы в манускрипт, порадовавшись наличию хотя бы самого примитивного образования лумеров в Люмерии. Пунктов было немного: