До крайнего на сегодня пациента оставалось минут десять, и я ушёл приготовиться. Дотошная дамочка-фрик ещё долго выясняла подробности, успела стать свидетелем появления Полины, моей пациентки, и заодно спросить у неё, насколько «волшебно» я делаю массаж, и что думает муж Полины, если он есть, о подобном времяпровождении супруги.
Полина зашла, еле сдерживая смех, и только когда закрыла за собой дверь, позволила пошутить в адрес встретившейся мадам.
– Что поделаешь, бывают всякие. Никто от них не застрахован, – улыбнулся я, отправляясь к раковине, чтобы вымыть руки, а сам подумал: «Боже! Только не «два-процента!»
*****
И всё-таки она пришла! Надо отдать должное Катюше: сразу, как только была вручена остальная сумма, всё закрутилось, словно половина штата не была в отпуске и, главное, все помнили и ждали визита Каролины Асвальдовны Фрей – имя дамочки стало известно полностью.
Пока её ублажали в спа-кабинетах, мне спешно двигали график сегодняшних записей, чтобы я успел освободиться для главной пациентки. Разумеется, не все могут бросить запланированные дела, поэтому вместо безостановочного приёма, я часа два просто сидел в ожидании дамочки: проще оказалось перенести некоторые сеансы, а также отложить нашу совместную с Марусей поездку в Сочи, чем сделать «удобно» для всех.
Я пил чай с печеньем и тихо ненавидел Ка-ро-ли-ну Ас-валь-дов-ну… Язык можно сломать. Если она в молодости была учительницей, то минимум три десятка людей получили детскую травму – это в условиях необитаемой сельской местности. Если же дело было в городской… «Пропал Иершалаим!»
Катя с удивлением разглядывала, нюхала и даже успела сбегать в ближайшее обменное бюро, чтобы удостовериться, что новенькие хрустящие и на вид стерильные купюры, которыми равнодушно расплатилась госпожа Фрей, не подделка.
– Может, пока не поздно, бригаду вызвать, а? – задумчиво бормотала Катюша. – Как бы завтра к нам не заявилась полиция… Ужасно боюсь таких людей…
– Правильно делаешь – целее будешь, – философски заметил я, предпочитая обсуждать пациентов мысленно, хотя этот случай безоговорочно мог занимать призовое место в памяти подобных, несуразных и нелогичных.
Во-первых, сегодня Каролина Асвальдовна, видимо, обнесла гардеробную театра, уж очень платье из девятнадцатого века это намекало. Я бы даже сказал, кричало заполошно. Во-вторых, Катя права, такие новенькие тысячные купюры в пачке, перехваченной банковской упаковкой с логотипом банка, находящегося неподалёку, мы с нею видели впервые в жизни. Вдобавок к беспокойству, дамочка не стала сама считать деньги, а просто положила пачку перед Катюшей, как это должны делать ковбои, только что ограбившие поезд с инкассаторами.
В результате решили не поднимать пыль. Дело было не в деньгах, а в репутации центра. Увидит кто-нибудь здесь полицейский сброд, потом никто объяснениям не поверит. Забегая вперёд, скажу, Каролина Асвальдовна Фрей больше здесь не появлялась, две недели точно. Из полиции никто ею не интересовался, банк деньги не искал, и Катюша успокоилась.
Итак, через несколько часов своего пребывания в центре, утомлённая разными процедурами и визуально посвежевшая, Каролина лежала на моей кушетке и нервно хихикала, выдавая все свои бродившие пошлые мысли. Мол, и старовата она для такого удовольствия, но я, кажется, внушаю, доверие и не поступлю излишне нескромно, чтобы наказать её за любопытство…
«Твою мать, всё-таки «два-процента»!» – цокнул я про себя, а вслух заверил:
– Не беспокойтесь, Каролина Асвальдовна, всё будет хорошо. Мы восстановим ваши силы, и завтра утром вы проснётесь лет на десять моложе… Семнадцатилетней девушкой.
– Мне бы сотни-две скинуть, – хихикнула женщина, не благодаря за лесть, и я улыбнулся: знает себе цену – уже хорошо.
Растерев руки до состояния «утюжков», я принялся за верхнюю часть тела, оставляя нижнюю прикрытой сухим махровым полотенцем. Каролина охнула, когда мгновенно нашлись спазмированные мышцы. «Пузырьки» так и лопались под пальцами, а, кроме них, ждал своего звёздного часа вдовий горбик, воспалённая мышца в области крестца и в целом позвоночник. Но меня не просили ничего вправлять, поэтому я сосредоточился на массаже, попутно прощупывая «покосившиеся», укрытые жирком костные отростки.