Вот зачем, спрашивается, ну, зачем подчёркивать чужое везение? Чтобы оттенить своё ожидание? Бедняжка. Тяжело, должно быть, нести бремя магии.
– Вы тоже достойны, сирра. Я верю, что у вас тоже всё будет хорошо, – брякнул я, хотя отец меня предупреждал не подавать даже намёков в сторону проблемы Эйрвинов. И меня заслуженно ущипнули за левую руку, лежащую на диване и скрытую столиком от хозяев. Пришлось выкручиваться, отвлекать. – Надеюсь, у меня будет возможность повидать академских знакомых и поболтать лично. Передать поклон от сира Аленна…
Оказалось, моего арнаахальского покровителя в Люмосе многие знали очень хорошо. Его сын, сир Аленн, служил в Королевском Совете и отвечал за грузовые порталы. Неудобно было собирать сплетни в присутствии лишних глаз, но я всё-таки спросил, как идут у него дела. Неспроста же он советовал отцу сократить доходы…
– Об этом лучше спросить его самого. Я давно его не видел. Только слышал, что в департаменте транспорта год назад случилось одно пренеприятнейшее событие – и всё.
Сир Эйрвин, конечно, знал, что за утерю очень важного груза Аленна-младшего перевели на место похуже, с меньшим доходом, но предпочёл, чтобы я разбирался самостоятельно.
Мы ещё немного поговорили про особенности арнаахальского обучения. Для развлечения внимательно слушавшей нас Мередит я рассказал пару занимательных случаев, и затем мы с отцом поднялись, чувствуя, что начинаем злоупотреблять чужим временем.
Нас поблагодарили за визит, выразив пожелание увидеть ещё раз. Разумеется, когда-нибудь, когда у меня будет более значимый результат. Напоследок сир Эйрвин объяснил, где мне искать дом Аленнов.
Мы с отцом вернулись домой пешком, попутно заглянув в несколько лавок по просьбе матушки, там мы купили свежую мясную вырезку, жир и бутылку неплохого, по словам отца, какого-то северного венеттского вина. И, подозреваю, всё это время с моего лица не сходила придурковатая улыбка мечтателя. За каким-то местным шархалом меня тянуло к знатным сиррам, вернее, они мне нравились своей утончённостью и загадочностью. И я на пару мгновений возмечтал о более близком знакомстве с юной Эйрвин. Вот что бывает с молодым человеком, настроенным на развлечения!
И всё же я быстро справился с ненужными фантазиями. Мередит я видел всего второй раз, но пока ничего отчётливого, кроме её любопытства к приключениям, не разглядел. Какие книги она предпочитает, о чём мечтает, что вообще у неё в голове? Я же отдавал предпочтение девушкам образованным и интеллектуально развитым, и до сих пор никто не переплюнул Софиалию д’Даэргреф, умеющей искусно спорить даже на темы, в которых она являлась профаном.
Оказавшись дома, я недолго размышлял, чем мне заняться. До вечерних сумерек оставалось целых четыре часа, и можно было не отступать от плана – выполнить поручение сира Аленна сегодня же. А послезавтра послать отчётное письмо в Арнаахал через отплывающий корабль.
*****
Домик, в котором жили Аленны, оказался скромным, как внешне, так и в отношении внутреннего убранства. На северо-западе Люмоса имелся так называемый чиновничий район. Здесь, по сравнению с лапешскими особняками, более скученно стояли домики чиновников невысокого класса. Их хозяева в большинстве случаев являлись исторически безземельными феодалами. Когда-то их предки отказались от возделывания полей, выращивания скота и сосредоточились на столичных удобствах и службе королю.
Я бы назвал этот район районом бюрократов, придворных сплетников и бездельников по сути. За свою жизнь я повидал немало магов, работающих наравне со своими слугами – в поле, в горах, у озера. Но, видно, не всем быть успешными феодалами, а те, кто поселился здесь или вырос, со временем привыкали к единственному источнику доходов – королевской казне, оплачивающей должность.
Сир Аленн рассказывал, что те, у кого получалось накопить, заводили себе лавку в Люмосе и жили с её доходов в тяжёлые времена. У Аленнов тоже была своя, бакалейная, откуда хозяевам в том числе поставлялись продукты. Кассиан в письмах отцу отчитывался, мол, всё благополучно, лавка, как и раньше, приносит доход, и домашние ни в чём не нуждаются. Но в тот момент, когда меня запустили внутрь, я бы сказал, что благосостоянием здесь не пахнет, либо лавка была совсем небольшой.
Меня встретила сирра с запоминающимся для меня именем Иоланта и с четырёхмесячным ребёнком на руках. Как же сильно разнилось её скромное платье с пышным Мередит!