На меня удивлённо посмотрели:
– Конечно… Сколько лет, вы сказали, жили там?
– Три с половиной.
Было ощущение, что мужчина сдерживается, чтобы не назвать меня остолопом:
– Тогда вы должны знать об опасности, которую несёт магам возвращение… Послушайте, Николас, передайте отцу, что мы здесь как-нибудь справимся, главное, чтобы он был здоров и счастлив. Может быть, когда-нибудь мы съездим к нему. При первой возможности.
– Да, конечно, передам, – я воспользовался заминкой и откланялся, не желая затягивать расшаркивания.
Я слышал неоднократно жуткие рассказы про умирающих в дороге люмерийских магов, их внезапно вскрывающиеся кровоточащие язвы. По описанию симптомов выходило, что умирали они от высокого давления, поднимающегося после пересечения арнаахальской границы. Те, кто проводил время в Арнаахале до установленного безопасного ограничения до трёх месяцев, тоже чувствовали себя неважно, но уже в Лапеше восстанавливались. По крайней мере, так было с двумя магами-торговцами, с которыми я плыл. Через пару часов, выпив в ближайшей закусочной крепкого вина, они имели не такой бледный вид, как на корабле, смеялись и энергично собирались в портальный центр.
Страхи имели отношение к тем, кто жил в Арнаахале дольше. Видимо, их организм приспосабливался к вывернутой магии острова, и поэтому слишком быстрая смена магических полюсов рвала сосуды по всему телу несчастных. Тогда как лумеры везде – в Люмерии и Арнаахале – одинаково чувствовали себя хорошо.
Как снять это давление, я пока не знал, но много размышлял в последние дни.
Покинув район королевских чинуш, я сначала шёл по центральной улице, а потом решил срезать путь и заодно посмотреть, каковы трущобы в Люмосе. Интуитивно я верил: главное – идти на юг, и тогда я бы в любом случае попаду в свой пригород.
И вдруг я стал замечать, что в этой части как-то людей меньше снуёт, а встречные девицы на меня поглядывают с особенным интересом, хихикают и оборачиваются…
– Уж не в тупик ли я упрусь? – я замедлил шаг, собираясь спросить об этом у первого встречного.
– Эй, парень! Не нас ли ищещь? – сверху прозвенел со смехом женский голосок.
Я задрал голову. На одном из балкончиков, расслаблено облокотясь о перила, стояло две девицы, рыжая и брюнетка. Но примечательнее были их лёгкие платья, похожие на халаты с запахом и низким грудным вырезом. Я остановился:
– Скажите, есть ли у этой улицы выход к южным воротам?
Девушки переглянулись:
– За пару гольденов мы готовы показать дорогу в куда более приятное место, – и звонко рассмеялись.
Намёк я понял верно.
– А не вы ли, прелестницы, делаете массаж?
Конечно, это были необручницы. Целомудренный читатель меня обвинит в том, что произошло дальше. Но любой профессиональный опыт в копилку стоит чего-то. Меня давно интересовало значение слова «массаж», которого в Люмерии стеснялись. И я дал себе слово, что однажды обязательно решусь и узнаю об особенностях «лечения» заблудшими душами.
Ну, раз у меня в кармане позвенивали монеты, тогда я решил: почему бы и нет, при наличии соблюдения безопасности. Говоря короче, я провёл в доме необручниц часа два-два с половиной до заката. И убедился в действительно оскорбительном значении слова, которым гордился.
Из хорошего могу упомянуть нежные поглаживания по умасленному телу – первая расслабляющая стадия массажа. На этом научная профессиональная часть заканчивалась, и начинался долг необручницы. Из полезного для дела от визита – мне охотно ответили на все мои вопросы, помогая сложить картину проблемы, которой я был поглощён. Самый простой способ для мага, чей магический ресурс переполнялся, заключался в прощании с частью жидкости. Позже, мусоля в голове воспоминания, я вдруг сравнил лечебное кровопускание с, простите, пиком наслаждения. А ведь в Арнаахале сиру Аленну в первые полгода частенько таким образом «чистили» кровь.
И ещё очень важный момент упал в копилку знаний. У магов с разными силами потоки работали по-разному. У огневиков, например, чаще имелись проблемы с сердцем и органами таза. Портальщики мучились от судорог в конечностях. Менталисты жаловались на головную боль. О, если бы мне представился случай рассмотреть воочию эти потоки! Но артефакты для этого дела были слишком дорогими, и вообще было неизвестно, где их достать. На помощь пришли девицы, с которыми я делился размышлениями.