В очередной лавке, уже подумывая вернуться к Аленнам, я задал хорошенькой продавщице вопрос насчёт недорогого свободного домика. После пяти минут флирта был получен годный совет:
– А вы сходите к Лумерской Академии, там много таких домов. Их хозяева обычно маги или торговцы, но не живут сами, а сдают артелям или знатным студиозусам, которые не хотят жить при Академии… Где вы получили этот замечательный загар, сир Николас?..
Некоторое время я сомневался, идти или нет: по-моему, на сегодня приключений было достаточно, и тело просило отдыха. Но решающим аргументом стало наличие площадки с извозчиками в указанной стороне, и я поплёлся туда, щурясь от лучей заваливающегося за крыши домов солариса.
Воистину, меня не обманули. Табличек со сдающимися комнатами и даже продажей здесь было в разы больше, чем в центральной части. Один домишко мне очень приглянулся, однако на звон колокольчика никто не вышел, и только тогда я разглядел мелкую приписку к объявлению: «Обращаться к сиру герцогу де Ризу». И всё. Где этот герцог живёт, куда идти?
Я мысленно поставил галочку на адресе, записал имя хозяина и направился к стоянке с лошадьми, невольно вспоминая арнаахальских красавиц. Какими же бледными и бедными родственниками казались наши на фоне арнаахальского лоска!
Попутно заметил ещё одну табличку, сделал ради неё небольшую петлю и прочитал знакомое объявление. Возможно, этот де Риз – чинуша при королевском дворе и имеющий доход не с лавки, как семья Аленнов когда-то, а аренды. И значит, его аппетиту можно позавидовать.
Я уже подходил к извозчикам, как меня неожиданно окликнули:
– Сир Николас? – приятный женский голосок показался знакомым.
– Да какой там сир… – я обернулся и приложил руку козырьком к глазам, чтобы сквозь ослепляющие лучи рассмотреть девушку.
Ею оказалась юная сирра Мередит де Эйрвин в сопровождении другой, более скромно одетой девушки.
– О, сирра Мередит! – я обескуражено поклонился и машинально поцеловал протянутую руку, забывая советы родителей, что нельзя прикасаться к магам.
Но к Мередит можно было. Родители в письме обмолвились, что дочь их сюзерена не получила магию до своего полного совершеннолетия, а значит, Эйрвины сюрприза уже не ждали.
– Какими судьбами-дорогами вы здесь? – улыбалась она, и я поражённо рассматривал её. Всего за год девушка превратилась из застенчивой домашней дочери в уверенную сирру.
Или это потому что родителей рядом не было?
– Присматриваю помещение для лекарни. А вы? Вы почему далеко от дома?
– Я учусь в Лумерской Академии, – она слегка порозовела, и мы оба поняли, почему. Но Мередит мгновенно стряхнула с себя сожаления о потере магического статуса, чувство вины и снова как ни в чём ни бывало продолжила бойко беседу. – Когда вы приехали, почему же не заглянули к нам? Или за пять лет ваша…
Она остановилась вовремя, чтобы не упрекнуть меня в неблагодарности. Я воспользовался заминкой и быстро объяснил:
– Я приехал утром, а к вам планировал заглянуть завтра, простите меня, сирра Мередит…
– О! Не называйте меня сиррой! Просто Мередит. Мередит Эйрвин.
– Гхм. Да я и здесь случайно, прогуливался… Коротал время до вечера…
Теперь она была не «сиррой», то есть не госпожой, а равной в том числе и мне. И я брякнул, внешне спокойно:
– Кажется, я скоро обоснуюсь в этом районе. Мне он нравится… Не могли бы вы оказать честь и составить мне компанию в аустерии? В удобное для вас время.
Девушки переглянулись, и спутница Мередит понимающе улыбнулась.
– С удовольствием, сир Николас. Вы такой приятный рассказчик, что мы с Элен с удовольствием послушаем ваши истории об Арнаахале.
Я поклонился в сторону девушки, чьё имя наконец прозвучало.
– Рад познакомиться, Элен! А от вас, сирра Мередит, я надеюсь услышать, кто такой этот герцог де Риз, адрес которого не представляет ни для кого загадки, кроме меня одного.