А утром она снова бралась за кисть. И он снова стоял у ручья, на берегу, который стал их берегом. Не как натурщик. Как часть пейзажа. Как часть её новой, настоящей, написанной красками, а не деньгами, жизни. Финал оказался не точкой, а многоточием. Началом длинной, непростой, но своей собственной истории под названием «жизнь после клетки». Где главными сокровищами были не бриллианты в сейфе, а свет в мастерской, запах хвои за окном и тепло тела того, кто видел тебя насквозь и всё равно остался.
Конец.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов