Я резко остановился, прерывая свое заклинание. Увидев, что я замер, остановился и князь, вопросительно подняв бровь.
«Весы» дали о себе знать, и их показания не предвещали ничего хорошего.
— У нас плюс семь с лишним тонн массы по периметру, — сообщил я.
Милорадович не стал тратить время на глупые вопросы вроде «откуда ты знаешь?», он мне доверял. Сразу закрыл глаза на мгновение, сосредотачиваясь, скорее всего сканируя пространство своим, куда более развитым ментальным чутьем.
Затем резко шагнул ко мне и положил ладонь мне на макушку. Губы шевельнулись, произнося магическую формулу.
«Я связал наши разумы, временно», — раздался его голос — нет, его мысль — прямо у меня в сознании.
«Для координации и скрытности. Отлично», — подумал я, и князь кивнул, подтверждая прием.
«Двенадцать человек, плюс один поодаль», — транслировал Милорадович. — «Видимость, звук, отголосок мыслей, ауры — все замаскировано по высшему разряду. Профессионалы. Мы так тоже можем. В укрытие, быстро».
«Баюн, жди команды. Прикроешь, если что, в бой пока не вступай», — ментально скомандовал я коту.
«Пр-р-ринято» — подтвердил Баюн, мысль которого отдавала странным предвкушением.
Мы метнулись за бетонные блоки, не издав ни звука — спасибо заклинаниям тишины. Я сверился с «Весами». Данные подтверждали слова Милорадовича: двенадцать объектов массой по сто с немалым лишним килограммов каждый отделились от трех крупных объектов по две тонны — видимо, машин, оставленных чуть поодаль.
Сто с лишним кило на брата. Значит, либо по наши души послали сумоистов, что вероятнее, идут в полной боевой выкладке. Тяжелые бронежилеты, шлемы, разгрузки, оружие. Это плохие новости. Пистолет против такой брони практически бесполезен, да и мои «Копья» с «Рассечениями» потеряют в эффективности — кинетика же все равно, и точно так же гасится о материю.
К счастью, у меня был новый козырь, от которого ни кевлар, ни пластины не спасут.
Массы наших противников остановились вдоль внешней стены цеха. Рассредоточились. Одна из сигнатур отделилась от группы и начала движение… Вверх?
Он левитировал. К высокому окну под потолком. Решил заглянуть, чем мы тут занимаемся? Или хотел занять позицию получше.
Ни того, ни другого ему позволено не будет.
Я сосредоточился. Намерение сфокусировалось на точке в пространстве за стеной, там, где «висела» чужая масса. Формула пронеслась в голове так, будто ее выкрикнули во весь голос — за время наших тренировок я неплохо поднаторел в невербальной магии.
Жест. Щелчок пальцев, переходящий в оттопыренный средний палец. Да, я шутник. И мне плевать, что он этого не увидит.
С кончика того самого пальца сорвалась резкая вспышка, маленькая, но высокотемпературная искра. Она прошла сквозь давно разбитое окно и ударила в цель.
За окном полыхнуло. Ярко, жарко, от души. Это тебе за Илью, чучело ты летучее.
Этот алгоритм я назвал «Крематорий», он обладал простотой молотка и его же гуманностью. Состоял из двух компонентов, я их назвал «Меха» и «Розжиг». Первый модуль нагнетал к цели чистый кислород из окружающего воздуха, работал как этакий «Демон Максвелла» — молекулы кислорода сюда, все остальное туда. Энергии на такую манипуляцию уходило ничтожно мало, но загвоздка в том, что лично магу пришлось бы каждую молекулу перемещать. А у меня алгоритм сам мог проводить такие микрооперации, была бы энергия.
Второй компонент поджигал смесь цели и кислорода высокотемпературной искрой.
Но кислород — это ведь просто окислитель, верно? Где топливо, Волконский?
А топливом служил сам враг, и все, что было на нем. Одежда, волосы, снаряжение, органика, и даже жир в его тканях. В среде, настолько богатой кислородом, горит практически все, и горит быстро.
Человек-факел за нашим окном рухнул на землю. «Весы» показали, как вместе с ним вниз полетел еще один, гораздо меньший объект, отделившийся от основной массы.
Остальные сигнатуры зашевелились, шарахнулись в стороны.
БАБАХ!
Снаружи грохнуло так, что с потолка посыпалась штукатурка. Еще одна массовая сигнатура, находившаяся внизу, резко сместилась к земле и замерла. Кого-то зацепило осколками.
Ублюдок хотел закинуть к нам гранату. Думал, мы не узнаем, не услышим, да мы бы и не узнали, если б не «Весы». А теперь его подарок сработал против своих же.
Взрыву вторила серия мелких, трескучих хлопков. Этот кретин что, полные карманы петард носил? Чтоб «уйти красиво», так сказать, с фейерверками?
Милорадович тем временем готовил свое заклинание. Судя по времени подготовки, нечто крайне серьезное, но что именно — я с его мыслей не мог считать. Шифровался, старый хитрец, явно покрасоваться хотел.