— Так точно, Валерий Викторович, исправлюсь, — быстро закивал Антон, излучая смесь покорности и искреннего опасения за свое рабочее место.
Я внимательно фиксировал поступающие данные. Валерий Викторович. Начальник, судя по всему, какого-то подотдела. Имя следующего звена тоже прозвучало — Петр Сергеевич. Я запомнил черты лица Валерия Викторовича, его осанку, тембр голоса. Самым ценным ресурсом стала эмоция, которую Антон транслировал в сторону своего руководителя — страх перед увольнением и уважение к чужому авторитету. Этот комплекс информации представлял собой идеальные координаты для следующего прыжка.
Задерживаться здесь больше не имело смысла. Я стянул свое бесформенное восприятие обратно и плавно вышел за пределы сферы сновидения.
А «снаружи» Баюн по-прежнему сидел на своем месте. Я позволил своему аватару снова обрести привычные человеческие очертания.
— Нашел зацепку? — поинтересовался кот.
— Нашел, — подтвердил я, мысленно выстраивая маршрут к следующей цели. — Получил данные его начальника. Теперь пойдем выше по иерархии.
Я посмотрел в бесконечное пространство перед собой, оценивая масштаб предстоящей работы. Ночь определенно обещала быть крайне занимательной и продуктивной.
Глава 13
Мы с Баюном двинулись дальше. В каком-то смысле, мы лезли вверх по карьерной лестнице, ха! Правда, не своей.
Принцип работы оказался вполне годным, но гладко шло далеко не всё. Подсознание каждого человека представляло собой отдельнуют систему со своими собственными багами. С некоторыми «пациентами» приходилось откровенно воевать. Чей-то разум был настолько зациклен на сильных, разрушительных эмоциях — тяжелом разводе, долгах или конфликте с соседом, — что декорации сна теряли всякую гибкость. Мои аккуратные «инъекции образов» просто отскакивали от этой брони. Приходилось заходить издалека, мало-помалу подтачивая хватку их проблем и тревог, меняя сон постепенно, и все так же аккуратно, и только тогда закидывать мысли о начальстве и работе.
С другими возникала обратная проблема. Некоторые сны оказались слишком легкими, нестабильными. Стоило мне вбросить нужную мысль, как пространство начинало плыть, меняться каждую секунду, вместо начальства выдавая то школьного учителя, то говорящую собаку, то еще какую-то дичь. Выцепить конкретные координаты из подобного киселя стоило немалых трудов, да и риск разбудить человека чересчур резким вмешательством постоянно висел надо мной.
И все-таки мы продвигались. Звено за звеном, я собирал имена, должности и лица, приближаясь к нужному мне человеку (но это не точно).
До тех пор, пока мы не уперлись в глухую стену.
Очередной контакт, суровый мужик с седыми висками, чей образ я старательно вылепил в памяти по итогам прошлого сновидения, на связь не выходил. Я мысленно тянул за сформированную ниточку, но на том конце отсутствовал отклик. Вообще ничего. Абонент (временно?) недоступен.
Я отпустил концентрацию. Процесс начинал меня утомлять.
— Не идет, — констатировал я, поворачиваясь к Баюну. — Образ четкий, привязка есть, а контакта нет. Может, защита какая-то стоит?
Фамилиар лениво почесал за ухом задней лапой.
— Да какая там защита, Дима, — ответил он расслабленно. — Все гораздо прозаичнее. Человек просто не спит.
Ну да. Действительно. Я как-то упустил из виду человеческий фактор. Ночь на дворе, но кто сказал, что всякий человек ложится спать в десять вечера после стакана кефира, и до самого утра не просыпаются? Мужик вполне мог сидеть над отчетами, проводить ночной допрос или что там они в таких организациях делают. А в бодрствующий разум без мыла не залезешь, тут мои полномочия заканчивались.
— Логично, — согласился я, разминая несуществующую шею. — Ждать, пока он соизволит лечь в постель, мы не будем. На сегодня сбора данных вполне достаточно, цепочку мы наметили хорошую.
— Тогда что? Потренируемся? — поинтересовался кот.
Я призадумался. Это было бы логично, сноходчество требует развития. Но с другой стороны, был у меня план поприятнее. И, вероятно, полезнее, что давало мне моральное право выбрать именно его.
— Нет. Илью хочу проведать.
Я сосредоточился на образе товарища, и связь с ним нащупал практически без малейшего усилия. Все познается в сравнении, и по сравнению с клерками, чиновниками и оперативниками, на которых мне начхать, дорога к Илье — практически идеально гладкое шоссе, а идти по ней — будто ехать на скоростной машине.
— То есть, ты сейчас вместо работы зависаешь на природе, в комфортном бункере Милорадовича, спишь до отвала и жрешь шашлык? — спросил Илья, с удовольствием пережевывая сочный кусок мяса.