— Запустишь? — хмуро спросил он, не двигаясь с места.
Я молча отступил вглубь комнаты, жестом приглашая его войти. Мы стояли в полумраке, и эта затянувшаяся пауза начала меня раздражать.
— Если ты за зельями культивации, то загляни через пару дней. Сейчас я немного занят.
— Не нужны мне от тебя никакие зелья, подлая ты крыса, — внезапно выплюнул Ларк.
Голос его дрожал от едва сдерживаемой ярости, и это было совсем не похоже обычную шутку.
Глава 23
Я замер. Еще вчера мы были одной командой, а теперь он смотрит на меня так, будто хочет прирезать.
— Ты чего кидаешься? — я постарался звучать спокойно. — Нормально объясни, что не так.
— Знаешь, куда пацаны сегодня потащились? — Ларк зло сплюнул. — В лес. У Торина рука в труху, а он копьем машет. Из-за тебя, подонок!
— При чем здесь я? — я нахмурился. — Они сами решили идти, я их не гнал.
— Деньги верни! — Ларк придвинулся почти вплотную. — Ты травы прикарманил, а им теперь перед Критом долг закрывать нечем. Ты тут в тепле сидишь, а они из-за тебя жизнью рискуют? На наши монеты жируешь?
Я посмотрел ему прямо в глаза. Да, я забрал траву, но совесть не мучала. Эти «друзья» были готовы продать меня в рабство или пустить на корм цветку, лишь бы самим выжить. Так с какой стати я должен о них печься?
— Да, жирую, — отрезал я. — И что ты мне сделаешь?
Ларк опешил. Он явно ждал, что я начну мямлить или оправдываться, но я не собирался давать ему подобную радость.
Парень внезапно взревел и кинулся на меня. Кулак пролетел в паре сантиметров от уха — я едва успел отпрянуть, спиной впечатавшись в косяк. Парень был злой, тяжелый и пер как танк. Он тут же замахнулся снова, но я нырнул ему под локоть, разрывая дистанцию. В тесной комнате против более крупного соперника мне ловить было нечего: один захват — и я труп.
— Остынь! — рявкнул я, выставляя ладони перед собой. — Твой брат сам все решил. Или я должен был покорно ждать, пока вы меня Криту сдадите?
Ларк замер, тяжело дыша. На лбу выступил пот, он смотрел на меня исподлобья, но следующий удар придерживал.
— Мы были группой, — прохрипел он, вытирая рот рукавом. — А ты нас просто кинул. Оставил подыхать без гроша. Это по-твоему по-мужски?
— Я взял треть, — я чеканил каждое слово, не сводя с него глаз. — Нас трое дошло до города? Трое. Я забрал свою долю за то, что вытащил ваши задницы из того леса.
— Ты о какой доле заикаешься⁈ — Ларк окончательно сорвался на крик. — Ты договаривался с Аланом, а потом, как подлая крыса, залез травнику под юбку и умолял отдать треть за твои красивые глазки! Пока мы шкурой рисковали, ты просто подсуетился и выгрыз кусок, который не заслужил!
Он снова шагнул ко мне, тяжело дыша от бешенства.
— Пацаны на эти деньги рассчитывали. Думали, долги раздадим, вздохнем наконец. А ты нас просто обобрал…
Я посмотрел на него без тени сочувствия. Пора было выливать на него ушат холодной воды, пока он окончательно не разнес мне хату.
— Помнишь, как я копье в пещере подобрал? Прямо перед тем, как вход завалило, — заговорил я тихо, перебивая его ор.
Ларк нахмурился, сбитый с толку резкой сменой темы. В его глазах читалось явное непонимание.
— При чем тут копье⁈ Ты мне зубы не заговаривай!
— Тот цветок, который они нашли в центре пещеры… Ты хоть понимаешь, что это за дрянь? — я заговорил тише, прижимая Ларка фактами. — Он стоит кучу золота не потому, что красиво светится. Чтобы он раскрылся и дал силу, его нужно напитать человеческой кровью. Буквально принести кого-то в жертву.
Ларк нахмурился, в его глазах отразилось недоверие.
— И что с того? — буркнул он, но кулаки уже не сжимал так крепко. — Цветок и цветок. Нашли и нашли, делов-то.
— Делов в том, Ларк, что Рен отлично знал, как эта штука работает. Он собирался скормить меня этому цветку, чтобы задобрить Крита и его парней. Пойми ты наконец, твои товарищи решили, что моя жизнь — отличная разменная монета в их сделке. И они не колеблясь пустили бы меня под нож, если бы не валун загородивший вход.
На лице Ларка отразилось полное замешательство. Он хотел что-то возразить, привычно защитить своих, но слова застряли в горле. Его взгляд заметался по сторонам, будто он пытался найти хоть какую-то зацепку, чтобы поймать меня на лжи.
— Они не могли… — едва слышно прошептал он, и в этом шепоте боли было больше, чем злости. — Мы же были одной группой. Такого не может быть. Ты врешь!
Я видел, как его мир рушится на глазах. Ларк стоял передо мной уже не как грозный противник, а как человек, которого предали самые близкие. Он выглядел так, будто его ударили под дых, лишив возможности дышать и верить во что-то хорошее.