Я как раз собирал угли и золу в грязное ведро, когда в дверь постучали. Не дожидаясь ответа, визитер нагло вошел внутрь.
Думая, что это мой клиент, я обернулся с дежурной улыбкой, но на пороге стоял хмурый здоровяк. Черный кафтан, под которым угадывалась броня, и меч на поясе говорили сами за себя. Профессиональным взглядом он оценил обстановку и уставился на меня.
— Вам помочь? — нерешительно нарушил я тишину.
— Заходите, — бросил он через плечо, игнорируя мой вопрос.
В комнату вошли еще двое. Один — такой же габаритный охранник, а вот второй резко выделялся. На нем был дорогой зеленый камзол и белоснежная рубаха, а ножны меча украшал золотой орнамент.
— Господа, в чем дело? — спросил я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
— Слушай сюда, малец. Эйлара взяли за продажу запрещенных веществ, так что проваливай… — начал было первый здоровяк, но дорого одетый мужчина остановил его, положив руку на плечо.
— Дай я, — сверкнув улыбкой, он шагнул вперед. — Твой мастер задолжал мне крупную сумму. Сегодня его поймали на торговле запрещенным товаром из списка короля.
Сразу стало ясно. Его поймали именно за тот продукт, который мы приготовили вместе. Так и знал, что добром это не кончится.
— Что с ним будет? — сразу уточнил я, прикидывая, не пойду ли прицепом за соучастие.
— Скорее всего, каторжные работы до конца дней. В лучшем случае — казнят.
Ситуация хуже некуда.
— А что будет со мной?
— Ничего. Ты просто уйдешь. Хижину мы забираем за долги. Я мог бы повесить остаток суммы на тебя, но что взять с нищего подмастерья? Повезет, если вообще выживешь на улице.
Пока он говорил, охранники начали обыск. Сначала они скинули на пол посуду, которую я собирался мыть, затем перетряхнули стеллаж. Всё, что имело хоть какую-то ценность — остатки трав и ингредиенты, — отправлялось в их сумки.
Когда один из стражей взял мой бурдюк с зельем, сердце пропустило удар. Он принюхался, скривился и посчитал это очередным мусором, после чего швырнул его в общую кучу на полу. Повезло.
Теперь моя задача — забрать хотя бы книгу рецептов. С ней я точно не пропаду.
— Твой мастер был неплохим алхимиком, но паршивым дельцом, — продолжил мужчина в камзоле. — Проявлю к нему уважение: живи здесь до конца недели. Как раз успеешь вывезти весь этот хлам до нашего прихода.
Коллекторы сгрузили добычу в мешок и вышли. Аристократ уже направился к выходу, когда я его окликнул.
— Господин! — он обернулся. — Позвольте узнать ваше имя. Возможно, когда-нибудь я смогу отблагодарить вас за доброту.
— Леонард, — бросил он. Мне показалось, что на его губах мелькнула тень усмешки.
Они ушли, оставив меня в разгромленной комнате. Внутри всё полыхало от унижения — моя поварская гордость бунтовала против такого обращения. Но Дин, чье тело я занимал, испытывал лишь облегчение. Его эмоции твердили: мне сказочно повезло.
Меня могли вышвырнуть в тот же миг, не дав забрать даже личные вещи, а вместо этого я получил крышу над головой на несколько дней и шанс спасти имущество.
— Ого, что тут у вас? — из раздумий меня вывел голос мужика заказавшего «Заряд рассвета», заглянувшего в хаос хижины.
В моих глазах снова вспыхнул азарт. Это мой первый заказчик и точка старта для нового успеха. Мой путь в этом мире только начинается.
Глава 3
Мужик стоял посреди хижины, разглядывая пол, где вперемешку валялось всё, что раньше стояло на столах и стеллажах. Почесав макушку, он уставился на меня в ожидании ответа.
— Эйлара арестовали за торговлю запрещенкой, — коротко бросил я, не желая вдаваться в подробности перед обычным клиентом.
— Прямо здесь повязали? — удивился он. — Сопротивлялся, что ли?
— Нет, погром не их рук дело, — я махнул на бардак. — Коллекторы. Старик погряз в долгах.
Мужик хмыкнул.
— Ясно… — он снова огляделся. — Ладно, не мое дело. С зельем-то как? Его, надеюсь, в счет долга не утащили?
Я поднялся, обошел гостя и присел у горы хлама. Где-то здесь я видел флакон в последний раз. Пришлось разгребать тряпки, баночки и чудом уцелевшие колбы, пока пальцы не наткнулись на кожаный бурдюк. Он и раньше выглядел неважно, а после «уборки» коллекторов на нем прибавилось вмятин.
— Вот, — я протянул ему емкость.
Он взял бурдюк и встряхнул, проверяя не пустой ли. Откупорил пробку и сморщился, принюхиваясь. Бородавки на его лице от этого собрались в тесные группки по две-три штуки. Наконец он закрыл сосуд и задумчиво провел рукой по бороде. Взгляд его стал отсутствующим, будто он что-то подсчитывал в уме.