В какой-то момент я зацепился пяткой за ножку стола, и этого мимолетного замешательства противнику хватило. Мощным толчком он впечатал меня в тяжелую входную дверь. Лопатки прошила острая боль, а выбитый из легких воздух заставил меня судорожно глотать пустоту.
Бандит навалился всем весом, намертво блокируя мои руки. Я чувствовал, как древко копья, зажатое между нами, больно впивается в ребра. Его лицо, забрызганное кровью напарника, оказалось в паре сантиметров от моего. Я кожей ощущал его зловонное дыхание.
Я до последнего пытался его оттолкнуть, упираясь ладонями в твердую, холодную грудь. Но эта тварь навалилась всем весом, словно каменная глыба, которую невозможно сдвинуть с места.Я смотрел прямо в его пустые, лишенные зрачков глаза. В этой мутной глубине отражался мой собственный страх.
Ублюдок все-таки оказался практиком, и его удар, нацеленный прямо мне в голову, нес в себе сокрушительную мощь. Я кожей чувствовал, что этой атаки хватит, чтобы убить меня на месте, а остановить атаку уже было некому. В это самое мгновение до ушей донесся звонкий, сухой удар.
Взгляд противника внезапно потерял фокус и стал совершенно бессмысленным. Бандит издал короткий и какой-то совсем нелепый звук, похожий на подавленный ик, после чего его веки потяжелели, а вся та неестественная мощь, что давила на меня каменной глыбой, мгновенно испарилась.
За его спиной я увидел Майю. Лицо девушки было бледным как полотно, в глазах застыл первобытный ужас, но губы были плотно сжаты в отчаянной решимости. В обеих руках она сжимала тяжелую чугунную сковороду, с края которой на грязный пол медленно стекала кровь.
Тяжелое тело нападавшего окончательно обмякло и начало сползать вниз Я судорожно вздохнул, жадно глотая воздух, и наконец смог высвободиться из-под заваливающегося трупа.
Копье с глухим стуком выпало из моих ослабевших пальцев на пол.
— Ты… ты как? — прошептала Майя, опуская свое импровизированное оружие. Ее голос дрожал так сильно, что я едва разобрал слова.
Я стоял, привалившись к двери, и чувствовал, как грудь ходит ходуном. Ребра противно побаливали после того, как бандит навалился на меня всем весом, но боль была терпимой — кости, вроде бы, остались целы.
— Я-то… неплохо… — выдавил из себя, пытаясь справиться со сбивчивым дыханием. — Порядок.
Я сделал шаг навстречу, всё ещё придерживаясь за стену. Майя застыла, глядя на распростёртое у ног тело, её лицо начало кривиться, а в глазах стремительно заблестели слёзы. Сковорода с глухим стуком выпала из ослабевших рук.
— Они… они не успели ничего сделать? Ничего плохого? — быстро спросил я, сокращая расстояние между нами.
Майя не ответила сразу, лишь всхлипнула, и первая слеза скатилась по её бледной щеке. У меня внутри всё похолодело. Я схватил ее за плечи и, заглядывая в глаза, настойчиво повторил:
— Майя, посмотри на меня! Они сделали тебе что-то плохое⁈
Она затрясла головой, закрывая лицо ладонями.
— Нет… нет, ты пришёл… — прорыдала она сквозь пальцы. — Не успели…
Я с силой притянул её к себе, прижимая к груди. Она вцепилась в мою одежду так крепко, будто я был единственной опорой в этом рушащемся мире, и сотряслась от рыданий, которые наконец прорвались наружу.
— Тише, тише… всё закончилось, — шептал я, крепко обнимая её и пытаясь унять собственную дрожь. — Я здесь. Больше они тебя не тронут. Слышишь? Всё позади.
Я гладил её по волосам, чувствуя, как её слёзы пропитывают мои обноски.
Когда Майя немного успокоилась, я вывел её на улицу. Свежий воздух должен был помочь ей прийти в себя быстрее, чем тяжелая, пропитанная запахом крови атмосфера дома.
— Кто это были? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал максимально ровно.
Девушка несколько секунд молчала, судорожно глотая воздух и собираясь с мыслями.
— Это бывшие жильцы… — наконец выдохнула она, пытаясь унять дрожь в руках. — Они очень долго не платили аренду. Дедушка уверял меня, что они уже давно съехали и дом пуст, но когда я вошла… они все еще были внутри.
Девушка нервно сжала кулаки, вспоминая тот ужас.
— Они набросились на меня сразу, без предупреждения. Я едва успела схватить тяжелую сковородку, которая подвернулась под руку. Только так и отмахивалась, не давала этим двоим подойти ближе. Если бы не эта железка, даже не знаю…
Договорить она не смогла — плечи снова затряслись, и Майя вновь разрыдалась. Пришлось снова прижать её к себе, пытаясь успокоить.
— Тише… всё, уже всё, — пробормотал я, чуть сильнее сжимая её плечи. — Ты в безопасности.
Она кивнула, но пальцы всё ещё судорожно цеплялись за мою рубаху. Я на секунду замялся, подбирая слова. Вопрос был неприятный, но тянуть смысла не было.